Книга Тень императрицы, страница 99 – Аннa Шнайдер

Про вчерашнюю просьбу Гая императрица рассказала Арену уже в столовой, убедившись, что муж в нормальном настроении, несмотря на день недели — император терпеть не мог среды: в этот день к нему приходили на совещание представители финансового и судебного комитетов.

— Поговорить с Тайрой… — протянул Арен, но ответить не успел — Агата тут же выпалила:

— Пожалуйста, пап! Мне так интересно, что она скажет про него!

— Нет, моя радость, — строго ответил император, и Агата тут же разочарованно вздохнула. — Тайра не должна использовать свой дар. Говорить я разрешаю. Но никаких карт, рун и что там у вас ещё есть. И никаких прикосновений, разумеется.

— Ла-адно, — неохотно согласилась Агата. — Мне просто любопытно. Я уже говорила, что чувствую: Гай важен.

— Не переживай, — усмехнулся Арен, — уверен, Тайра увидит что-нибудь и не специально. Гектор недавно жаловался, что её дар из-за беременности вырос. Пользоваться им вроде как нельзя, но не пользоваться не получается. И хорошо.

— Хорошо? — изогнула бровь Виктория. Чего же хорошего в том, чтобы видеть будущее бесконтрольно, а не когда задаёшь вопросы? Тем более что это вроде как вредно для ребёнка.

— Конечно. Иначе я, пожалуй, слишком сильно расслаблюсь, — слегка скептично заметил император. — Агата, следующее занятие с Тайрой у тебя запланировано на завтра, верно?

— Да, — кивнула девочка. — Но я не против позаниматься сегодня. Вместо математики, например.

— А я люблю математику, — неожиданно подала голос Ариэлла. Она редко вмешивалась в общие разговоры, и если уж разговаривала, то в основном с Агатой, Александром или Софией. — Без математики артефактором не станешь. Если только посредственным… Но посредственность не для нас с тобой, Агата.

Арен рассмеялся и посмотрел на Ариэллу очень довольно.

— Вот, слушай, что тебе подруга говорит. Элли, сможешь сделать так, чтобы Агата полюбила математику?

Ариэлла растерянно хлопала белёсыми ресницами над глазами нежно-голубого цвета — словно снежок падал с неба.

— Тебе ведь нравится артефакторика, радость моя, — обратился Арен к Агате, которая выглядела не менее обескураженной, чем её подруга. А вот сидевшая рядом с девочками София посмеивалась, безошибочно распознав очередную манипуляцию императора. — Но математика — нет. Однако одно без другого не бывает. Значит, надо что-то где-то исправлять, согласна?

— Угу, — Агата слегка насупилась, а Арен продолжал:

— Я думаю, вы сможете поступить в Граагский магический университет. Вместе. Здорово же будет учиться там на артефакторике? Элли, как ты думаешь?

Задержавшая дыхание Ариэлла, красная, как варёный рак, смотрела на императора так, будто он был чудом божественным.

Ещё бы! Всё-таки у неё нет энергетического контура, лишь родовая магия. Разве можно быть артефактором, не обладая контуром? Ни одного артефакта не зарядишь. Зачем смущать девочку?

— Ваше величество… — прошептала Ариэлла, прижав к груди дрожащие ладони, и жалобно всхлипнула. — Вы шутите?

— Я не стал бы так шутить, — мягко произнёс Арен, улыбнувшись. — Я говорил о тебе с Янгом. Он считает, что ты сможешь стать артефактором. А я хочу, чтобы Агата полюбила математику. Давай поможем друг другу?

— Папа! — возмутилась Агата, но как-то не очень грозно. Наверное, потому что знала, как сильно Ариэлла мечтает заниматься артефакторикой. — Ну нельзя же так!