Книга Жизнь на двоих, страница 10 – Аннa Шнайдер

Сердце вновь неприятно кольнуло. Вот, сейчас, еще минута, и бедная мама Софии все узнает. Как ему вообще говорить ей об этом? Какими словами?

Хлопнула дверь, послышались быстрые шаги. Вано оглянулся – Синтия вышла из двери в другом конце лавки, на ходу поправляя чуть растрепавшиеся волосы, увидела его и застыла, резко побледнев.

Женщина была очень красивой, неудивительно, что Атор положил на нее глаз. Даже сейчас, уже не такая молодая, она сохранила и прекрасную фигуру, и ровную, чуть смуглую кожу почти без морщин, и густые блестящие темные волосы, и большие карие глаза, в которых Вано увидел страх.

— Здравствуйте, – сказал он спокойно, наклонив голову. – Мне нужно поговорить с вами, айла Тали. Но желательно не здесь.

Синтия бледнела все сильнее, и Вано уже начал опасаться, что она упадет в обморок.

— Где София? – выдохнула она, задрожав всем телом. – Где моя девочка?..

— Давайте не здесь, – попросил Вагариус, краем глаза заметив, как с любопытством косится на них помощница Синтии. – Я знаю, у вас на первом этаже есть кухня, София говорила. Лучше там.

Это было нагло, но Вано не видел другого выхода. Не в кафе же им идти, в самом деле?

Синтия явно колебалась, не желая с ним разговаривать, но стремление узнать, что с дочерью, оказалось сильнее.

— Идемте, – произнесла она в конце концов шепотом. – Мэг, звони, если что.

— Да, айла Тали.

Мама Софии развернулась и пошла в другой конец лавки. Открыла небольшую дверь, которую Вано еле рассмотрел за вазами с цветами, и зашла внутрь. Он последовал за ней и сразу оказался на кухне.

Здесь пахло уже по-другому, и от этого запаха у Вагариуса защипало глаза.

Это был запах дома. Настоящего дома, которого у него уже давно не было. Теплый – аромат хлеба, сладкий – варенья и булочек и терпко-горький – запах Софии. Вано легко мог представить, как она сидит здесь, за этим столом овальной формы, накрытым бежевой скатертью, улыбается и смеется.

— Говорите, – сказала Синтия резко, обходя стол, словно хотела использовать его в качестве защиты. – Где моя дочь? Что вы с ней сделали?

Вагариус вздохнул. Демоны, как же сложно говорить… Держать щит над портальной ловушкой и то было легче.

— София – аньян детей императора, – еле выдавил он из себя то, что было проще всего.

— Защитница, – охнула Синтия, опускаясь на ближайшую табуретку и глядя на него широко раскрытыми изумленными глазами. – Как же это… Она не говорила…

— Она не могла сказать. Его величество ставит печать молчания на всех служащих дворца.

— Ох…

— Сегодня утром ее высочество Агата и София отправились на выставку в Императорский музей. На магмобиле. По пути они попали в портальную ловушку. – Вано запнулся – сердце в груди билось, как шальное, и говорить было невыносимо трудно. – Агата выжила благодаря Софии. Ваша дочь превратилась в абсолютный энергетический щит.

Синтия смотрела на него с ужасом, но Вано видел, что она не понимает. Она ведь не была магом.

— Абсолютный энергетический щит – очень редкое явление. В момент опасности, если маг сильно желает кого-то спасти, он может превратиться в такой щит. Бессознательно.

— А-а-а… – Глаза Синтии наполнились слезами. – А обратно?..

— Считается, что это невозможно, – произнес Вано, но продолжить не успел – губы женщины задрожали, а потом она заплакала, закрыв лицо руками.