Книга Жизнь на двоих, страница 149 – Аннa Шнайдер

— Я тоже, – сказал он глухо, и София сразу ощутила его тревогу и горечь. Столько их было, что она задохнулась – сердце словно в ведро со льдом опустили – и, погладив Арена по плечам, потянулась к губам.

Он целовал ее долго и отчаянно, будто прощался.

— Давай сегодня перенесемся куда-нибудь, – произнесла София, безумно желая помочь Арену, вынуть из души боль, но не зная, как это сделать. – Куда-нибудь на природу. Хочешь?

— Хочу. – Он улыбнулся и потерся носом о ее щеку. – Я очень устал от дворца. И кажется, я знаю, что может тебе понравиться.

— Мне понравится все, лишь бы с тобой.

Арен вздохнул, и София поняла, что ему стало чуть лучше, словно помогало само ее присутствие рядом.

Император взял девушку на руки, зашел в камин, поставил на пол, и София сразу обняла его и начала осыпать поцелуями лицо. Губы, подбородок, щеки, лоб…

— Как же я хочу забрать из тебя то, что мучает, – говорила она между поцелуями, прислушиваясь к эмоциям Арена – они то горчили, то делались сладкими, терпко-чувственными. – Чтобы ты никогда не грустил, никогда. Чтобы всегда был счастлив…

— Ты и есть мое счастье, Софи, – сказал император, опустив голову ей на плечо. – Погоди немного. Дай мне построить лифт, а то так я напутаю с формулой, и мы останемся без каких-нибудь важных частей тела.

— Хорошо. – Она улыбнулась. – Но потом ведь я смогу продолжить?

— Обязательно.

Через полминуты стены пространственного лифта истаяли, но сразу продолжить София не смогла – восхищенно оглядывалась по сторонам, не в силах вымолвить ни слова.

Они оказались на широкой деревянной смотровой площадке где-то в горах. Площадка была освещена немагическими светильниками, а в воздухе перед ней парили светильники магические, освещая полукруглое пространство горного ущелья – красноватый камень с потеками темно-зеленого мха расступался, раскалывался на две части, и между этих частей падал вниз широкий водный поток.

Водопад…

— Это Ольха – наш восточный водопад. Помнишь, где он находится?

София неуверенно кивнула, глубоко вздыхая и замирая от ощущения влажного и теплого воздуха, вошедшего в легкие и заполнившего их до краев.

— Рудеальские горы… вроде.

— Все-то ты знаешь, – посетовал Арен, обнимая ее сзади и целуя в шею. – И рассказать нечего.

— Есть чего. – София погладила его ладони на своей талии. – Я хотела бы знать, что случилось, по какой причине… тебе плохо. Я хотела бы разделить неприятности с тобой.

Император вздохнул.

— Это ужасно, Софи.

— Почему? – не поняла она.

— Потому что я, с одной стороны, не желаю тебя расстраивать, а с другой… желаю делиться с тобой всем. Меня сейчас на части разрывает.

Она засмеялась:

— Не разрывайся. Просто поделись.

Арен начал говорить, и София чувствовала, что с каждым словом он все больше и больше раздражается, походя на сосуд, в который долго наливали воду, но теперь она достигла края и начала стремительно переливаться, заливая окружающее пространство, и не было ей конца.

Так и император – он слишком долго держал все в себе, слишком долго справлялся со всем один, ни с кем не делясь – да и с кем ему было делиться? – а теперь говорил и говорил, вспоминая про расследование покушения на Агату, про начальника дворцовой охраны Виго Вамиуса и его выловленный в реке труп, про неисправные амулеты-нейтрализаторы и, наконец, про жену брата, которую в этот момент должен допрашивать Гектор Дайд.