Книга Неизлечимая меланхолия Эмилии Лестер, страница 32 – Ли Льеж

Прибежали дети, испуганно лопоча. Джонни Панч и ещё какая-то девочка старшего возраста под руки вели вдову Гарибальди, за ней ковыляли священник и владелец бакалейного магазина. Учитель-француз плёлся в самом хвосте. Все что-то безостановочно говорили, восклицали, махали руками.

— Так! Отставить панику! — прогрохотала синьора, что было силы треснув о землю своей клюкой. — Приказываю всем успокоиться!

Железный наконечник её палки ударился об очень удачно оказавшийся под ним плоский булыжник, так что звук получился что надо. Все замерли, пережидая звон в ушах.

— Дети, не галдеть! — продолжала командовать вдова. — Ты — за доктором! — это она велела французу, бесцеремонно переходя на «ты». — Ты и ты — за стол! И немедленно выпить мадеры! — это приказание относилось к Джин и Эмилии. — Вы — позаботьтесь о мальчике, пока его не осмотрит врач! — «тыкать» пастору миссис Гарибальди всё же не решилась.

— А я? — жалобно спросил бакалейщик.

Вдова сурово поджала губы и отдала новое приказание:

— Присмотреть за детьми!

Таким образом, порядок был немедленно наведён.

Шатающихся Джин и Эмилию усадили за стол, на самые почётные места, предназначавшиеся вдове Гарибальди и пастору Уилсону. Синьора ничуть не тушуясь налила им по полному бокалу вина. И они, полностью оглушённые едва не свершившимся несчастьем, покорно его выпили.

— Но где же тот джентльмен? — вдруг вспомнила Эмилия. Она нетвёрдой рукой поставила бокал на скатерть и принялась оглядываться. — Тот, который поймал Эшли?

— Ушёл, — коротко ответила вдова Гарибальди. — Он не сделал ничего особенного, он поступил как нормальный мужчина. Больше ему нечего здесь делать, это всё-таки школа, а не место для всяких зевак.

— Но он же спас мальчика! — слабо заспорила Эмилия, порываясь встать и бежать за героем-спасителем.

Неожиданно железной рукой вдова Гарибальди усадила её на место.

— Чушь! — отрезала она. — Мальчика спасли вы.

Эмилия приумолкла. Голова у неё была очень лёгкой, а тело тяжёлым и неповоротливым, как свёрнутый в рулон матрас, набитый шерстью. Невозможно было поверить, что менее четверти часа назад это тело вознеслось на высоту более четырёх метров и ухитрялось как-то балансировать на такой вышине.

Эмилия ощутила какое-то дребезжание в голове и как сквозь слой ваты увидела саму себя, с задравшимся подолом, обхватившую ногами широкий ствол старого дерева. И они все это видели! Её затрясло.

Тут прибыл доктор Янг, давний знакомый Эмилии. Мисс Лестер не уважала его за то, что он самым решительным образом отказывался находить у неё те недуги, которыми она так мучительно страдала последние десять лет. Но другого доктора в Вайтберри всё равно не было, поэтому неудивительно, что на помощь прибыл именно он.

Доктор увидел бледно-зелёную Эмилию с пустым бокалом в дрожащей руке и медленно разинул рот.

— Доктор! Сначала осмотрите мальчика, — командирским тоном распорядилась вдова Гарибальди.

Сквозь всё то же белёсое марево Эмилия безучастно наблюдала, как пожилой доктор поднимается по ступенькам школы и, вероятно, проходит в класс, где разместили пострадавшего Эшли Брауна. Через несколько минут доктор Янг вновь появился на крыльце, и вид у него был уже не такой встревоженный.

— Небольшая ссадина на боку и ушиб коленей, — сообщил он вдове Гарибальди, которую разумно счёл главной на этом мероприятии. — Можно сказать, ребёнок отделался лёгким испугом. Кто-то ещё пострадал?