Книга Пять масок тьмы, страница 39 – Евгений Фронтикович Гаглоев

И Лестратов почти силой потащил Женю за собой. Девушка вскрикнула, и у нее подкосились ноги.

— Я… не могу, – прошептала она. – Моя спина…

Ноздри Гордея хищно затрепетали. Он нахмурился, затем взглянул на ее спину.

— Ты истекаешь кровью, – сухо констатировал он. – Тебе срочно нужно в больницу.

— Но… сначала нам и правда нужно поговорить, – с трудом проговорила Женя. – Мне нужны ответы на вопросы…

— Тебе все неймется? – разозлился Гордей. – Зачем только полезла во все это? Ты понимаешь, что привлекла их внимание своими расспросами?

— Их? Но я хотела лишь поговорить с тобой… Ты ведь был там. Следил за нами? – Женя спросила наугад, пытаясь получить хоть какую-то информацию.

— Я не знаю, почему погиб твой дед! Я следил не за вами, а за его убийцами.

— За этими монстрами? Но кто они?

— Вурдалаки, – буркнул Лестратов. – Неужели не понятно?

— Кто? – Женя не поверила своим ушам.

— Твари, пьющие кровь живых людей. Сами когда-то тоже были людьми. Я охочусь на них, ибо в этом мое призвание, смысл моего существования. Я – Ищейка. Большего тебе знать не следует!

— А этот Гектор… Я уже видела его раньше. Он тоже вурдалак? – Голос Жени звучал все слабее.

— Нечто гораздо более серьезное. Вурдалак, владеющий черной магией. Высшая элита. И один из правящей верхушки Черного Ковена. И раз он явился за тобой сам, значит, ты и правда им нужна. Интересно, для чего?

— Он требовал телефон моего деда. Хорошо, что я оставила его дома…

— Телефон? – вскинул светлые брови Лестратов. – Для чего он ему понадобился?

И это было последнее, что услышала Женя, прежде чем провалиться во тьму.

Открыв глаза, Женя сразу поняла, что находится в больничной палате. Белый потолок, белые стены, белая кровать и кромешная тьма за белой рамой окна. Интересно, сколько она здесь? Девушка лежала на боку, обложенная с обеих сторон мягкими подушками, а рядом с кроватью стояла блестящая металлическая стойка капельницы, на которой были закреплены два пакета с прозрачными растворами. От обоих к ее телу тянулись гибкие тонкие трубки.

— Очнулась, – услышала Женя взволнованный голос мамы. – Слава богу!

София Тихомирова склонилась над дочерью, легонько коснулась рукой ее плеча. Тетя Инесса тоже была здесь, беседовала с седым мужчиной в белом халате. Видимо, это был лечащий врач Жени. Маргоша в нелепом темно-коричневом брючном костюме, купленном на распродаже, бессмысленно маячила в дверях, ожидая начальницу.

— Как это могло случиться?! – воскликнула София. – Женечка, что произошло?

Женя попыталась ответить, но вдруг ощутила, что во рту все пересохло, а губы сильно опухли. Она увидела на тумбочке рядом с кроватью бутылку с водой и потянулась к ней свободной рукой. Увидев это, мать тут же схватила бутылку, открутила крышечку и протянула Жене. Девушка сделала несколько жадных глотков.

— Ранение поверхностное, ничего страшного, – терпеливо говорил врач Инессе, видимо, уже не первый раз. – Мы наложили парочку швов, но жизнь Евгении абсолютно вне опасности. Ночь подержим ее здесь, просто чтобы понаблюдать за состоянием. А утром можно выписываться. Главное, пару недель не совершать никаких резких движений, ну и на физкультуру ходить не стоит.

— У нас ее больше и не будет, – тихо проговорила Женя. – Мы уже все нормативы сдали…