Книга Прямо в сердце, страница 214 – Салма Кальк

— Моя мама тоже была осторожной. И могучим магом. А Дезире как маг была не очень, но по осторожности ещё почище мамы.

— А у твоего папы были четыре брата и сестра, - Изабель подошла и обняла девочку.

— Тётя Жанетта не вполне умерла, - покачала головой та. – Если что вдруг, я хочу, как она.

Дени говорил, что задатки боевого мага у Аделин есть. Значит – придётся учиться владеть этой силой.

— Если ты не будешь сражаться, то не будет никакого «если что вдруг».

— Как это не буду? Мне нужно тренироваться!

— Вот и тренируйся. А на настоящую войну не заглядывайся, нет там ничего хорошего.

— Ну так это пока ещё я вырасту, - заметила Аделин.

Изабель тогда рассказала об этом разговоре Дени, тот только покачал головой.

— Я очень надеюсь, что у нас не наступят такие времена, которые потребуют от Аделин владения боевой магией. Конечно, она восхищается Жанеттой, но и Жанетта тоже не ходила воевать, пока всем плохо не пришлось, пока не убили её мужа, а потом нашего отца и старшего брата. Я очень хочу сделать для наших детей какой-то другой мир, проще и безопаснее.

Это очень хорошо звучало – проще и безопаснее. Изабель понимала, что не хочет для Мадди таких же испытаний, какие выпали ей самой. Но хочет найти для неё некроманта в мужья. Правда, это ещё не сейчас, пускай пока учится.

Император планировал новый поход, на этот раз – в Россию, и Дени даже попытался отговорить его от этой затеи, но не преуспел.

— Тот, кто думает, что императора можно переубедить, просто совершенно не знает его, - пожимал он мрачно плечами. – Но моё чутьё мага вопит о том, что делать нам в России с военным походом нечего. Нужно дружить, договариваться, может быть, вести какие-то дипломатические споры… но не воевать. Там такие просторы, в которых легко потеряться. И множество людей, которые нам вовсе не будут рады.

Изабель не слишком задумывалась о том, кто и где будет рад франкийской Великой армии. Император давно уже стал для населения Европы вроде пугала – придёт Бонапарт и съест. И ведь правда, приходил и съедал. Как съедал – назначал своих администраторов, которые меняли что-то в управлении, стараясь сделать его лучше в каких-то экономических вопросах, и старались сделать завоёванные территории доходнее – чтобы и самим что-то оставалось, и императору тоже перепадало. Кто-то мог оценить и говорил, что так хорошо, кто-то не мог или не хотел, и возмущался. А некоторые маршалы императора оказывались настолько хорошими управленцами и так находили общий язык с местными династиями, что их приглашали не просто оставаться и жить, но ещё и править – маршал Бернадотт перестал быть франкийским маршалом и назвался наследником шведского престола. Присылал просьбу к столичным магам о консультациях, потому что собрался открывать где-то там магическую академию, сказал, ему тоже нужно. К нему отправился Анри де Риньи – ненадолго, он же теперь декан факультета некромантии, и какой-то его знакомец из Фаро, этот остался там.

Дени же по-прежнему возглавлял Магический корпус Великой армии, и несмотря на его личное отношение к предстоящей кампании, собирался принимать в ней участие. И как раз отлучился из столицы, где они обитали в последнее время, на смотр войск.

Изабель ощутила магический вызов, не сразу сообразила, кто это, и почему её вызывает один из адъютантов Дени.