Книга В пекле немецкого логова, страница 101 – Александр Тамоников

Через несколько минут к дороге вышли Глеб, Зубов и Иванихин. Еще одного разведчика сержант и Анатолий тащили на себе.

— Почему остановились? — поинтересовался Шубин, быстрым шагом подходя к Астафьеву и Галине. — Что-то случилось?

— Женщинам надо отдохнуть, — ответила Галина, давая ему понять, что остановка была ее инициативой. — У нас раненая.

— У нас тоже, — резко ответил ей Глеб и добавил для Астафьева: — Мирона Грачева убили на станции, а Юлдаша Байрамукова ранили, когда мы думали, что все немцы, которые вас преследовали, нами уничтожены. Но оказалось, что несколько человек прятались во дворах крайних домов. Двоих мы убили, а еще двое, кажется, сбежали. Наверняка помчались в город докладывать. Поэтому хотя бы просто шагом, но надо двигаться вперед, а не дожидаться, когда немцы вышлют за нами новую погоню. Теперь-то они точно будут знать, что взрывы на вокзале — дело рук партизан. Вставайте! — приказал он польским еврейкам. Не попросил, а именно приказал. Просьба всегда расхолаживает, а приказ, наоборот, побуждает к действию. Сейчас нужно было действовать. Нужно было оторваться от возможной погони как можно дальше.

И, подавая пример остальным, Глеб пошел вперед, через дорогу. Перед ним было открытое пространство поля. И на этом поле, покрытом белым снежным покрывалом, были даже в темноте отлично видны уходящие в сторону далекой гмины люди.

Шубин оказался прав — немцы не заставили себя долго ждать. Едва группа, ведомая Глебом, дошла до середины поля, как дорога позади них осветилась фарами нескольких грузовиков. Кругом было тихо, и звук моторов хорошо был слышен даже на расстоянии той пары километров, которую успели пройти беглецы. Зубов и Иванихин, замыкавшие группу и все так же ведущие под руки Юлдаша, остановились и с тревогой оглянулись. Следом за ними остановились и остальные. А вот Шубин — не остановился. Продолжая идти вперед, он крикнул, обернувшись:

— Не останавливаться! Нельзя останавливаться!

Его услышали. Сначала следом за ним пошли разведчики из группы Астафьева и сам Ренат, далее, услышав приказ командира, сдвинулись с места Зубов и Иванихин. Они обошли стоявших и все еще смотревших назад евреек и девушек-партизанок, которые, как завороженные, смотрели назад, на смутно виднеющуюся в белесой мгле дорогу.

— Ты слышала, что сказал Глеб? — проходя мимо Галины, спросил Зубов. — Надо идти. Всем надо идти! Ты поняла?

Галина, поправив автомат на плече, кивнула и, в свою очередь, поторопила свою группу:

— Юлька, Зофья, помогите тем женщинам, которые устали и не могут быстро передвигаться. Надо идти, и как можно скорее. Надо идти — понимаете?

Сама она тоже взяла за руку одну из девочек и, подбадривая ее ласковыми словами, зашагала следом за разведчиками, с каждым шагом прибавляя темп. Словно поняв, что от того, как быстро они пойдут вперед, зависят их жизни, женщины тоже стали идти быстрее. Они шли, подбадривая одна другую и поддерживая друг друга под руки. Самым слабым помогали идти девушки-партизанки.

Но, конечно же, передвигаться по замерзшему и покрытому снегом полю на грузовиках было намного быстрее, чем идти пешком, и беглецов вскоре стали нагонять. В какой-то момент две машины из трех остановились, и из них стали выпрыгивать солдаты. Еще один грузовик поехал вперед с явным намерением обогнуть поле и, высадив солдат, перерезать путь беглецам и окружить дерзких партизан.