Книга В пекле немецкого логова, страница 46 – Александр Тамоников

— А вы чем занимаетесь? — поинтересовался Зубов у Оскара.

— Всем помаленьку, — улыбнулся мужчина. — Пытаемся по мере сил вредить фрицам. Но самое главное — мы выпускаем газету от имени нашей организации — Батальона хлопских.

— Газету мы видели, — подтвердил Шубин. — Она не только в вашем городе распространяется. Так?

— Так-так, — покивал Оскар. — Наши люди есть не только в Кельце.

— Собственно, именно эта газета и привела нас сюда. — Шубин решил, что настало подходящее время рассказать, с какой целью они прибыли в Кельце.

Его с вниманием выслушали, потом Оскар с озабоченным видом покачал головой и сказал:

— Мы бы рады вам помочь, но мы сами уже два месяца сидим без связи. Человека, который был нашим связным с партизанским отрядом Возняка, схватило гестапо, и мы о нем ничего не слышали с тех пор.

— Его фамилия была Ковански? — спросил Зубов.

— Ковански? — нахмурился Оскар. — Нет. Его фамилия — Ковальский. И он действительно был портным и проживал в том самом доме, за которым вы, молодой человек, следили.

— Странно. А этот тип, с которым я разговаривал… — Зубов непонимающе посмотрел на Оскара.

— Ах, вот оно что! — догадался тот. — Вы разговаривали с тем человеком, который теперь выдает себя за портного пана Ковальского. Я не знаю его фамилии, но возможно, что это он и есть Ковански. Расскажите мне о вашем с ним разговоре.

Зубов подробно рассказал Оскару и остальным о своем посещении конспиративной квартиры и добавил:

— Теперь-то нам ясно, что и этот якобы портной, и его мадам, и этот предатель в форме немецкого офицера — все они подставные лица. Я так понимаю, что гестапо таким образом хотело выйти на связного из партизанского отряда и уже от него узнать и о вас, и о том, где сейчас прячутся сами партизаны.

— Да, все так. Это был спектакль для того, чтобы поймать связного от Миколая, — подтвердил Оскар. — Мы часто общались с паном Ковальским и поэтому почти сразу узнали об его аресте. Ян, Шимон и еще один наш человек, Станислав, по очереди следили за домом и квартирой. Они и сообщили мне, что в квартире портного поселился какой-то человек. Мы сразу поняли, что это агент гестапо, и, чтобы избежать беды, стали и дальше следить за домом.

— Понятно, — кивнул Шубин. — Вы хотели предупредить связного, если он появится, что явочная квартира провалена.

— Да, все правильно. Но мы ведь не знаем всех людей из отряда Возняка в лицо. Поэтому и приняли вас, — Оскар посмотрел на Шубина и Зубова, — за его связных. Видимо, гестаповский агент тоже что-то заподозрил и сообщил своим хозяевам, что к нему, а вернее, к пану Ковальскому приходил какой-то парень…

— Точно, — в волнении перебил Оскара Ян. — Наверняка фашисты решили, что вы, — он посмотрел на Зубова, — от партизан, и решили узнать…

— Постой-ка, — остановил парнишку Шубин. — Вряд ли они решили, что мы от партизан. Если бы это было так, то они бы не стали разыгрывать целый спектакль с посыльным мальчишкой и немецким офицером с барышней.

— Почему? — не понял Ян.

Все остальные тоже посмотрели на Глеба в ожидании объяснений.

— Скажи, Оскар, связной от Возняка приходил всегда один и тот же? — спросил Шубин.

— Нет, Миколай всегда посылал разных людей. Причем не одного, а всегда двоих. В целях безопасности. Один заходил к Ковальскому, а второй оставался неподалеку и следил за домом, чтобы в случае провала сообщить об этом в отряд.