Книга В пекле немецкого логова, страница 58 – Александр Тамоников

— Мне двадцать три, — ответила женщина. — Я родилась в Ростове, но училась в Киеве, когда началась война. До войны меня звали Галина Сартисон. Теперь я просто Гала.

Глеб думал, что она сейчас начнет рассказывать ему, как она попала в Польшу, в партизанский отряд Миколая Возняка, но она не стала этого делать, а просто сидела рядом с ним, опустив голову и задумчиво кусая нижнюю губу. Просить ее рассказать что-то о себе Глеб не стал. Наверняка ее путь в отряд не был героическим или легким, судя по ее седым волосам и глубокому, полному боли от перенесенных страданий взгляду темных, почти черных глаз.

Так они и сидели рядом какое-то время, пока дверь снова не отворилась и не вошел Зубов в сопровождении Возняка и еще одного партизана.

— Ты чего? — спросил Миколай Галину, которая встала, едва вошли мужчины.

— Поговорили, — коротко ответила она и отошла от Шубина. — Они вернулись? — спросила она.

Глеб понял, что она спрашивает об отправленных искать Шимона, и, ожидая ответа, в волнении посмотрел на командира отряда.

— Иди, сядь к нему, — вместо ответа Возняк повернулся к Зубову.

Анатолий спокойно прошел и сел рядом с Шубиным, потом сказал ему, кивком указывая на вошедшего с ним и Миколаем мужчину:

— Это зять старика Филипа — Бартош.

— Говорить будете, когда вас спросят, — бросил на них сердитый взгляд партизан, которого Зубов назвал Бартошем.

Гала подошла к командиру отряда и стала ему что-то тихо и убедительно говорить, но Возняк хотя и выслушал ее, но махнул рукой и сказал так, чтобы его слышали и оба разведчика:

— Нет, я не могу рисковать. Послушай, — Миколай посмотрел на Глеба, — мы допросили того, кто называет себя лейтенантом Зубовым. Он рассказал нам все то же, что и ты. Но вы ведь могли сговориться, не так ли? И потом — вас могли проинструктировать в гестапо, что вам следует говорить. Поэтому я не беру ваши рассказы в расчет. Я доверяю только фактам, а они говорят мне, что вы можете врать.

— Какие еще факты? — возмутился Зубов. — Мы ведь и по-русски вот с ней говорили, и все оружие, которое у нас с собой было, вам отдали… Вы когда-нибудь видели таких гестаповских шпионов?

Глеб дернул Анатолия за рукав, и тот замолчал, предварительно тихо выругавшись.

— Я не отрицаю, что вы русские, — ответил ему Возняк. — Но и среди русских есть предатели, которые согласились служить фашистам. Вас могли взять в плен, а потом завербовать в полицаи или в диверсанты.

Миколай замолчал и посмотрел на Галину. Та кивнула и, обращаясь к Шубину и Зубову на русском, сказала:

— Недалеко от Кельце есть, вернее, был до недавнего времени, лагерь русских военнопленных. Наш командир имеет в виду, что вы вполне могли быть завербованы немцами, находясь в этом лагере. Сейчас всех, кто там был, вернее, кто еще оставался в живых, расстреляли. Но вы…

Она не договорила, потому что Зубов встал со своего места и перебил ее.

— Этого мы не знали, — заявил он и, посмотрев на Шубина, спросил: — Глеб, Оскар что-то рассказывал тебе об этом лагере?

Глеб только головой покачал.

— Вот это и странно, — кивнул Возняк. — Если вы из советской разведки, то он обязательно должен был вам рассказать о ваших соотечественниках, которых немцы несколько лет держали в лагере, а потом расстреляли, — все больше выходя из себя, заявил он.