Книга Детки в клетке, страница 115 – Евгения Кретова

— Я действую в интересах вашего сына, – улыбнулась Ирма. – У мальчика первое серьезное чувство, это видно, а ваши действия свидетельствуют о наличии серьезного конфликта внутри семьи, и, безусловно, нанесут ему травму. Я должна… Просто обязана среагировать… Как минимум прямо сегодня я подключу школьного психолога.

Ирина вскинула голову.

— Только попробуйте, – она погрозила пальцем и самой Ирме, и директору.

Резко развернувшись, она стремительно направилась к двери и хлопнула ею так, что со стены посыпалась штукатурка, а портреты жалобно накренились.

— Ничего себе… – Протянула Мария Архиповна.

— Сама в шоке… Такая приличная женщина, казалось.

— У них там правда любовь? – спросила директор. Ирма кивнула, продолжая смотреть на дверь. – Смотри там, чтобы беременяшек у нас не приключилось. А то представь тут еще и мать Филатовой, эта-то с нами церемониться не станет, пальчиком трясти не будет, космы-то повыдергивает.

Ирма усмехнулась: крутой нрав Маргариты Сергеевны Филатовой был известен всем, Машку свою она в обиду не давала с первого класса.

А еще через пять минут в кабинет заглянула секретарь Даша и растерянно занесла заявление:

— Тут эта родительница, Абрамченко…

— Что? – хором рявкнули Мария Архиповна и Ирма Олеговна.

Даша икнула, лист бумаги дрогнул в руке:

— Заявление оставила о переводе в другой класс, по семейным обстоятельствам.

Ирма и Мария Архиповна переглянулись. Ирма нервно барабанила по столу.

— Что делать будем? – спросила директор.

— Ничего пока не оформляй, – она хлопнула ладонью по столу. – Я поговорю с Тоней, в параллельный класс переведем. Все решим… Но вы уж, пожалуйста, оставайтесь на стороне ребят. Они, правда, такие котятки…

Вечером она удалила Ивана из чатика класса, а классный руководитель 11 «А» включила его в чат своего класса, сообщив, что Иван будет учиться у них.

Ирма смотрела на телефон, барабанила пальцем по столу. Ждала звонка.

Экран полыхнул синим. «Иван Абрамченко звонит» – высветилось по центру.

Ирма приняла вызов.

— Что происходит? – вместо приветствия крикнул Иван.

— Во-первых, добрый вечер, Ваня. Во-вторых, ничего не происходит. О чем ты?

— Почему меня исключили из чата класса и включили в «А» класс? – голос у парня срывался. Привычная бархатная хрипотца, обосновавшаяся в голосе Ивана седьмого класса, то и дело обращалась резкими нотами.

Ирма перевела дыхание, стараясь говорить спокойно:

— Это решение твоей мамы. Она сегодня была в школе и написала заявление с просьбой о переводе тебя в другой класс.

— Что? – он нахмурился и, кажется, не поверил. – Мама?

Ирма Олеговна отозвалась чуть удивленно:

— Да, Ваня, твоя мама. А ты не в курсе?

Иван прерывисто дышал в трубке. Рядом – Ирма слышала это отчетливо – что-то шептала Маша. Ирма разобрала несколько фраз. «Она не могла так поступить», «За что?» и что-то еще, Иван оборвал ее, бросив:

— Подожди…

— Ваня, прости, ты это мне?

— Нет. Ирма Олеговна, простите… Я не был в курсе. И я против. Я хочу остаться в своем классе.

Ирма кивнула, прекрасно понимая, что парень ее не видит.

— Ты сможешь решить это со своей мамой до завтрашнего дня?

Парень помолчал:

— Да, думаю, что да… Но я приду в свой класс…

Ирма в этом и не сомневалась. Но продолжала тревожиться до следующего утра, пока Иван не зашел в класс и не сел на свое обычное место за спиной у Маши Филатовой.