Книга Детки в клетке, страница 68 – Евгения Кретова

— Да что тут рассказывать? Эта тварь его убила…

— О ком вы говорите?

— О Филатовой, о девушке его…бывшей.

Александра присела на стул рядом с кроватью Абрамченко.

— Бывшей? Когда они перестали встречаться?

— Да за пару дней до исчезновения… Она вцепилась в Ивана. Еще бы, такая партия. Умный, перспективный, красавец… И обеспеченный. Я же видела, какими она глазами смотрела на мои вещи, когда приходила к нам…

— И Иван расстался с ней?

Ирина Леонидовна слабо пошевелила рукой:

— Подайте, пожалуйста, стакан воды, – она указала на графин с водой.

Александра встала, налила Ирине стакан воды, подала. Та пила жадными глотками, руки подрагивали. Допив, женщина вернула стакан:

— От лекарства во рту все пересохло.

И снова рухнула на подушки.

— Как же я его просила бросить ее, эту сучку лживую, как умоляла, – Ирина Леонидовна снова заплакала. – А Ваня тактичный очень, все стеснялся. Все ждал удобного случая. И вроде бы поговорил, а эта Филатова все на смех перевела. И сделала вид, будто и не было никакого разговора. – Она вздохнула. – Вы ее арестуете?

— Это сложно сделать. Мария Филатова мертва.

Ирина Леонидовна резко села. Ее взгляд стал острым, цепким.

— То есть как «мертва»?

— Ее тело обнаружили вчера на железнодорожных путях. Есть версия, что она сбросилась с моста.

В глаза Абрамченко мелькнуло торжество:

— Так я и знала, – она опустилась на подушки.

— Что именно вы знали?

— Она убила моего Ваню и от страха наказания покончила с собой. Все сходится… Бедные родители. Хотя, конечно, как бы это ужасно ни звучало, лучше лишиться ребенка, чем знать, что он преступник.

Александра наблюдала за ней. После известия о смерти Филатовой Ирина Леонидовна буквально воспряла: и цвет лица стал не таким землистым, и жизнь заискрилась в глазах. Правда, Чернова не была уверена, что искрится жизнь, а не ненависть. Может ли взрослая женщина до такой степени ненавидеть молоденькую подружку своего сына, чтобы так отреагировать на известие о ее смерти? Ирина радовалась. Она смаковала известие о смерти, придумывая сценарии один страшнее другого.

Александре стало не по себе:

— Вам известно о группе «Ромашка», в которой состоял ваш сын?

— Нет, конечно, – У Ирины окаменело лицо. – Он взрослый человек, откуда же я знаю, на какие сообщества он в соцсетях подписан.

— В данном случае речь не о подписке, а именно об участии в организации оффлайн игр. Иван обсуждал это с вами?

— Нет.

— Вы знали, что за организацию таких игр он получал денежное вознаграждение?

У Ирины округлились глаза:

— Деньги? Погодите, вы намекаете, что Ваня в какие-то азартные игры играл, что ли?! – Голос приобрел истеричные нотки. – Да как вы смеете!

— Я задала вопрос, и прошу вас ответить на него.

Ирина Леонидовна с трудом сглотнула. Встав с кровати, она налила воду из графина и осушила стакан залпом.

— Нет, я не знала о заработках моего сына. Он учился, ходил на курсы, часто не бывал дома, он встречался с Филатовой, потом у него были друзья… Так что нет, подробностей этих я не знала. И дома мы ничего подобного не обсуждали.

— Можете назвать друзей Ивана? По школе, курсам?

— Ну, кого-то смогу… В школе он дружил с Вовой Свиридовым и Женей Клопкиным. На курсах… даже не знаю. – Она села на кровать, растерла переносицу. – Не знаю… Как-то он упоминал мальчика… Фамилия такая смешная, я думала это прозвище, поэтому и обратила внимание… Гудвин. Витя Гудвин. Но не знаю, насколько они были близки.