Онлайн книга «Смерть на Кикладах. Сборник детективов №4»
|
На этот раз дверь закрылась окончательно. Смолев, держа в руках «забытые вещи», отправился на хозяйскую половину. — Как прошло? — поинтересовался Виктор, растирая ладонью затекшую шею, едва Алекс появился в гостиной. Манн сидел за столом, перед ним лежали документы — пачка машинописных листов. Судя по пометкам на полях, генерал изучал содержимое досье внимательно и скрупулезно, не упуская ни единой детали. Ручка «Montblanс» — любимая перьевая ручка генерала — лежала рядом с пачкой бумаг. — Как учили, — ответил Смолев, аккуратно складывая на стол салфетки, пачку открыток из подарочного набора гостиницы и упаковку шприцев. — Это не она. Абсолютно адекватная реакция. Скорее всего, подбросил кто-то из своих. И еще, у нее пропали таблетки. Снотворное, донормил. Час от часу не легче… — Интересно девки пляшут, — пробурчал генерал, надевая на перо ручки колпачок, чтобы чернила не сохли. — Снотворное пропало неизвестно куда, шприцы появились неизвестно откуда. Какой-то таинственный круговорот медикаментов на отдельно взятой вилле. Ладно, отдадим шприцы экспертам Антонидиса: пусть колдуют насчет «пальчиков», хотя я лично сомневаюсь. — Я тоже, — кивнул Смолев, усаживаясь за стол напротив генерала. — Но чем черт ни шутит. Что у тебя? Обнаружил что-нибудь интересное? Генерал потянулся, разминая могучие плечи, прежде чем ответить. — Черт его знает, Саша, — наконец произнес он задумчиво. — Может, да — может, нет!.. Я начал с нашей мадам Караваевой. Очень она меня заинтересовала. Ты был прав насчет нее, кстати. Биография у нее крайне интересная, если больше не сказать… Закончила в семидесятых Ленинградский Институт Культуры с красным дипломом. Библиотековедение и библиография. Подавала большие надежды. Предлагали остаться на кафедре и защищать диссертацию. Отказалась. Уехала по распределению в Ленинградскую область. Там познакомилась с каким-то вахтовиком, работавшим на буровой в Сибири. Потом какая-то мутная история: то ли несчастная любовь, то ли мужик просто оказался подонком. Родила сына через год. Отдала в детский дом. — Это как? — оторопело поинтересовался Смолев. — Что значит «отдала»? — Отказалась, — пожал плечами Манн. — Еще в роддоме. Отказ от родительских прав, все официально оформлено, чин чинарем… С работы уволилась. Влюбилась, видать, без памяти, голову потеряла… С женщинами, Саша, и не такое порой бывает! Впрочем, без мужчин здесь не обходится… Уехала вскоре вслед за своим сожителем в Сибирь на заработки. Похоже, тот ей объяснил, что ребенок им будет только обузой. Лет пятнадцать моталась по поселкам нефтяников и по буровым, закончила курсы медсестер. Там и работала: где библиотекарем, где поварихой, где медсестрой. Пока он ее не бросил. Кстати, так и не женился. — Печально, — сухо проронил Смолев. — Но закономерно. — Похоже на то. Как Жеглов сказал? «Несчастная она баба»? Вот это все про нее. Вернулась в Ленинград. Неоднократно трудоустраивалась по основной специальности, в библиотеки. Но странное дело, нигде больше года не смогла задержаться. Трижды уходила сама, по «собственному», дважды — по статье. — За что именно? — За пьянку, Саша. Пьянку и прогулы. Женский алкоголизм — штука страшная. Впрочем, я ее понимаю, было от чего запить. Какое-то время работала вахтершей в студенческом общежитии своего ВУЗа, видимо, кто-то из преподавателей по старой памяти решил помочь с трудоустройством. В 90-е годы ушла и оттуда. Перебралась в Москву, торговала на рынках, «челночила». Потом снова вернулась, на этот раз уже в Санкт-Петербург. Познакомилась с Караваевым, вышла за него замуж. Работала при нем долгое время администратором. Думаю, от пьянства он ее вылечил. Семь лет назад пришла в «Зодиак», где ее муж уже был к тому моменту семейным врачом у директоров. Стала помощницей директора по АХО[24]. Это официально. А на самом деле отвечала за снабжение секретариата, питание директоров в рабочее время, рулила уборщицами на директорском этаже, выполняла поручения директорских жен. Вот так. Но это пока присказка, не сказка, а сказка, Саша, — впереди! |