Книга Глухое правосудие. Книга 2. Доказать невиновность, страница 7 – Анна Орехова

Ну а чего она ждала? Альбина разозлилась и пошла к другому адвокату. Ее можно понять.

— Да. Извини. После того допроса я не представляла…

— Проехали. Семен Анатольевич может говорить что угодно. Я знаю, что в его послужном списке есть оправдательные вердикты, но также знаю, что три из них развернули в апелляции. Если бы речь шла о ком-то другом, я бы, пожалуй, сумела поверить в невозможное. Но в отношении тебя предпочитаю быть реалистом.

— А твой лучший сценарий? Он реален?

Наташа побарабанила пальцами по рулю. Что она могла сказать? Юриспруденция — это не физика или математика, здесь невозможны однозначные ответы. Порой крошечный нюанс, который вроде бы не относится к делу, рушит все прогнозы и уничтожает гарантии.

— Я так понимаю, это Семен Анатольевич предложил тебе дать показания?

— Почти. Вероника.

— Зачем им это? — спросила Наташа, но тут же ответила самой себе: — Чтобы красиво подвести к вызову нового свидетеля.

Теперь, по крайней мере, ясно, что задумал Ловкин. Альбина расскажет об инциденте у торгового центра, прокурор заявит, что переписку со свидетелем нужно проверить на достоверность. Судья согласится. Семен Анатольевич попросит добавить в список свидетелей новое имя. Ханеш, скорее всего, пойдет ему навстречу. В итоге уже на следующем заседании присяжные удостоверятся, что у Сергея имеется алиби.

— Ну, так что думаешь? Мои показания помогут Сергею?

Из этого и в самом деле могло что-то получиться.

— Думаю, помогут. Главное, чтобы тебе не навредили.

Альбина выжидательно смотрела на нее. Они большую часть жизни провели вместе и давно научились понимать друг друга без слов. Вот и сейчас немой вопрос Альбины был предельно ясен.

— Не должны навредить, — ответила Наташа. — Но стоит учитывать, что Якут мог приберечь мешок говна. С другой стороны, пусть лучше вскрывает его сейчас. Тогда у нас останется время натянуть респираторы. Если же ты выступишь в конце, а он бросит бомбу-вонючку, я не успею ее отбить.

— Метафоры у тебя, конечно, специфические.

— Ну, извини, я к этому разговору не готовилась. Выдаю экспромты, как умею.

Они помолчали немного.

— Значит, завтра даю показания.

— Значит, даешь.

Альбина сбросила туфли и поерзала, устраиваясь поудобнее.

— Есть еще кое-что… — пробормотала она и тут же добавила: — Не дергайся так! Новость хорошая.

Наташа и в самом деле напряглась. Любой адвокат знает, что клиенты не начинают хорошие новости с фразы «есть еще кое-что». Альбина, к счастью, была исключением.

— Вероника нашла девушку, с которой Максим изменял Светлане.

— Да ладно?!

В том, что у Подставкина была любовница, Наташа не сомневалась. Она и сама пыталась ее отыскать, но сплетни в больнице не заходили дальше «наверняка он спал с Альбиной». Как Ловкиной удалось раскопать что-то еще?

— Это Милена, она работала программисткой в больнице, мы пересекались пару раз. Я и не догадывалась, что Максим к ней что-то испытывал.

Наташа хрюкнула:

— Я тебя удивлю, сестренка, но мужики заводят интрижку вовсе не из романтических чувств. Их интерес гораздо более приземленный. Женат был на Светлане, сох по тебе, а спал с Миленой — классика.

— Почему тебе вечно нужно все испохабить?

— Мне? Я-то тут при чем? Я всего лишь констатирую факты. Подставкин был кобелем — это факт. Милена спала с женатым мужиком — я так понимаю, это тоже уже факт? Важно другое: согласится ли она дать показания?