Книга Право на семью, страница 57 – Арина Арская

У Валерия почти на каждом снимке — недоумение. Вот он что-то мне говорит, а я отворачиваюсь, прикрывшись фатой, а он на следующей фотографии смотрит перед собой глазами “что я опять сделал не так”?

Что же Валерий мне тогда сказал? Прорываюсь сквозь память ко дню свадьбы и слышу вопрос “тебе налить вина?” и ответ тоскливым шепотом “я хочу умереть”. После этого я ждала объятий, от которых бы я гордо отказалась. Почему я не могу вернуться во времени назад, подойти сама к себе, встряхнуть и сказать, что фотограф тот еще хитрый черт.

— А у матушки моей другие фотографии со свадьбы, — рядом на кровать присаживается Кирилл.

— Что ты тут делаешь? — захлопываю альбом и вглядываюсь в его лицо.

Какая же у него гладкая кожа. Он явно ходит к хорошему косметологу.

— Я хотел убедиться, что ты в порядке, — улыбается. — Ты так резко ушла.

Зачем он вставил себе такие зубы? У него же свои были нормальные. Может, ему их кто-то выбил и поэтому он провел реставрацию рта? И ведь не задать этот вопрос, потому что он очень неловкий.

— А тебя стучать не учили?

— Я всегда был внезапным, — понижает голос до шепота.

— Ты в чужом доме, Кирилл, — я тоже почему-то перехожу на шепот. — И стоит быть воспитанным и вежливым гостем.

— Не смог сдержать порыва последовать за очаровательной хозяйкой, — прищуривается и одаривает меня новой легкой улыбкой.

Не успеваю сообразить, что происходит, как он целует меня. Чувствую на губах мягкую мяту, и понимаю, что Кирилл пусть очень порывистый молодой человек, но предусмотрительный. Успел разжевать мятный леденец.

— Если целовать, то богиню, — выдыхает в губы. —

Боковым зрением замечаю, что кто-то стоит в проеме двери. Медленно поворачиваю голову. Мои глаза и так максимально распахнуты, поэтому шире раскрыть я их не могу, когда вижу молчаливого Валерия.

— Богиню? — повторяет он глухим голосом.

— Привет, — шепчу я и понимаю, что это было лишним в создавшейся ситуации.

Паника. Да такая, будто муж застукал меня голой на Кирилле. Дыхание сбивается, и я взвизгиваю, когда Валерий диким зверем кидается в сторону Кирилла. Без рыка, слов или оскорблений. Молча.

Кирилл, видимо, решает, что в полном праве ответит моему мужу и вскакивает на ноги. Свадебный альбом падает с колен, я прижимаю холодные ладони к лицу и наблюдаю, как в замедленной съемке, Валерий наносит удар по челюсти Кирилла, который награждает его тычком в живот.

Муж мой также молча швыряет его к комоду. Грохот, глухие маты Кирилла, а хватаю с тумбы вазочку и прижимаю ее к груди.

— Хватит…

Валерий бьет лбом по идеальному носу Кирилла. Хруст, болезненный клекот и кровавые слюни.

— Ой, кажется, я твой носик немного помял, — урчит Валерий и сам получает лбом по подбородку, потому что Кирилл промахивается.

Он за грудки впечатывает гостя в стену. Несколько точных ударов под ребра, и выволакивает на балкон.

— Валерий!

— Я тобой чуть позже займусь, дорогая, — низко и утробно рычит в ответ.

— Прекрати немедленно! — кидаюсь за ним и замираю в проеме.

Он буквально вышвыривает за перила балкона Кирилла, который вскрикивает, а вместе с ним и я. Шелест листвы, хруст и вопль. Подскакиваю к хмыкнувшему Валерию и в ужасе смотрю на мятые кустарники шиповника, в колючих зарослях которого вижу белые брючки Кирилла. Переходит на стоны, мычание и медленно выползает на траву.