Книга Право на сына, страница 53 – Арина Арская

И жена. Жена — вообще отдельный разговор. Обиженная, дикая и возмущенная.

Хотя… Если предположить, что ее обвинения по поводу Лены и сестры, правда, то ее можно понять. Устроил какую-то вакханалию, которой я не могу найти объяснение.

Рука трясется. Выдыхаю, вглядываясь в небольшое зеркало в тесной уборной, и подношу бритву к щеке.

— У тебя руки трясутся, — говорит Юра, привалившись плечом к косяку.

— Я знаю.

Да я едва на ногах стою.

— Зря я тебе опасную бритву притащил. Сейчас всю рожу себе исполосуешь, но с другой стороны шрамы украшают мужчину.

— Ты бы не мог заткнуться? — рычу я, кидаю бритву в раковины и медленно дышу.

— Господи.

Притаскивает стул и командует:

— Садись.

Смотрю на Юру через отражение, и он закатывает глаза:

— Я мастер в брадобрействе. Думаешь, легко свою крутую рожу со вторым подбородком брить каждое утро?

Молчу.

— Ладно. Как обколят тебя успокоительными, так я тебя и побрею.

Сажусь на стул и приподнимаю подбородок.

— Ну, — вспенивает помазок в мыльнице и поднимает взгляд, — каково оно быть женатым?

Когда это я успел сдружиться с Пастухом? Чего он торчит в больнице?

— Судя по взгляду, ты обескуражен, мой дорогой друг. Быть холостяком, а затем проснуться женатиком. — размазывает густую пену по моему лицу и подхватывает опасную бритву. — А теперь не дергайся.

Прикусывает кончик языка, а я закрываю глаза, чтобы не видеть его сосредоточенного круглого лица, которое, кстати, идеально выбрито. Движения у Юры ловкие, быстрые и плавные. Срезает щетину, стряхивает ее вместе с пеной на пол и вновь проходит острым лезвием по щеке.

— У тебя отец курить начал, — очередной комок пены шлепает на пол. — Всыпь ему ремня.

Три года выпало из жизни. Не сказать, что большой срок, однако я успел хорошенько так повеселиться. И почему память оборвалась на моменте, когда я вхожу в лифт?

— Ты знаешь, что твой врач еще и до кучи психолог?

Недоуменно приоткрываю левый глаз.

— Он, конечно, предложил провести томографию мозга… — проводит бритвой по другой щеке и щурится, — но ты же знаешь меня… Я же любопытный черт и вижу он что-то в своих словах утаивает.

Женат на нелюбимой, но той, кто любила. И, похоже, любила отчаянно, раз все окончилось поножовщиной. И две любовницы.

— Если ты сейчас скажешь, что у меня рак мозга.

— А еще я сам умный и много читаю.

— Юра…

С Леной еще можно найти объяснение. Разбитое сердце в юности, закопанные комплексы и злость, что мои пляски тогда не закончились даже коитусом. Меня жестоко обломали, и во мне могло взыграть желание отыграться в тайных встречах, в которых я беру то, что хотел много лет назад.

А сестра жены? Учитывая, что у меня была постоянная любовница, то недостатка в близости у меня не было. Чего-то я хотел добиться. Размышляю о самом себе, как постороннем человеке, который устроил дикий беспредел.

— Как тебе вариант психогенной амнезии?

— чо?

Я так понимаю, что Ульяна застукала меня с сестрой. Я хотел этого? Такое ощущение, что я уже размышлял об этом.

Ульяна должна была узнать, о том, что ее муж — негодяй. Я мог прийти к выводу, что ее любовь мной не заслужена и что она должна вынырнуть из своих фантазий.

Вот, смотри, дорогая моя женушка, какой я урод на самом деле, и Лену притащить к тебе под нос я не могу, потому что у нас там свои договоренности, поэтому использую-ка я твою сестричку.