Книга Охота на сокола. Генрих VIII и Анна Болейн: брак, который перевернул устои, потряс Европу и изменил Англию, страница 157 – Джон Гай, Джулия Фокс

На следующий день, во вторник перед Великим постом, Генрих и Анна устраивали торжественный прием в честь нового посла Франции, который прибыл в Англию 5 или 6 марта. Это был блестящий дипломат Жан де Дентевиль, бальи^[88] Труа, сеньор де Полизи в Шампани, младший брат Франсуа де Дентевиля, друга де ла Помрэ. Он родился в 1504 году, и к моменту приезда в Лондон его возраст приближался к двадцати девяти годам. Коренастый, среднего роста, широкоплечий, он имел довольно полное лицо, на котором выделялись крупный нос и большие, широко поставленные карие глаза, его отличала густая каштановая шевелюра, он носил бороду и усы. Уверенный в себе и всегда щегольски одетый, он любил носить лихо заломленный берет, насколько можно судить по его сохранившимся портретам. Он приехал с особым заданием от герцога де Монморанси – сообщить Генриху о том, что все будет зависеть от исхода встречи в Ницце¹⁸.

Торжественный прием носил сугубо официальный характер, однако на следующий день де Дентевиль был удостоен более продолжительной аудиенции, во время которой Генрих с чувством рассуждал о предстоящей встрече Франциска с папой римским и пообещал послать в Ниццу отца Анны или герцога Норфолка, дав им широкие полномочия участвовать в переговорах так, как они сочтут необходимым. В этот момент Генрих пребывал в блаженном неведении относительно главной цели в переговорах, которую преследовал Франциск,– устроить брак своего второго сына¹⁹. Генрих же хотел обратиться к де Дентевилю с просьбой: необходимо было, чтобы Франциск отдал распоряжение де Грамону и де Турнону убедить Климента оставить апелляцию Екатерины без внимания и «не вводить новшества» (то есть санкции) против Генриха до завершения встречи. Франциск согласился при условии, что Генрих, со своей стороны, не будет предпринимать дальнейших действий в деле о разводе и оставит нападки на церковь до окончания переговоров²⁰.

На этом этапе ни де Дентевиль, ни Франциск даже не подозревали, что Анна и Генрих уже женаты. Скрыв это важное обстоятельство, Генрих фактически солгал своему главному союзнику. Обман зашел так далеко, что Монморанси в письме к Анне от 16 марта, которое он вложил в бумаги для де Дентевиля, обращается к ней «мадам маркиза», а не как подобает обращаться к супруге короля²¹. Примерно за десять дней до получения этого письма до де Дентевиля начали доходить кое-какие слухи. Он не был до конца уверен, что все это могло значить, однако Генрих понял, что Франциска больше нельзя оставлять в неведении. 11 марта он назначил брата Анны Джорджа особым послом во Франции и поручил Кромвелю выплатить ему авансом 106 фунтов 13 шиллингов 4 пенса на расходы в предстоящей поездке, которая должна была продлиться сорок дней²².

Инструкции для Джорджа, которые Генрих продиктовал лично на превосходном французском, заняли около шестнадцати страниц, написанных убористым почерком. Предназначенные для «нашего самого преданного советника, лорда Рочфорда, джентльмена королевских покоев», они служат образцом того начальственно-снисходительного тона, который только можно представить в обращении одного правителя к другому. Джордж сначала был обязан вручить Франциску письма, которые Генрих, соблюдая учтивость, написал собственноручно, а затем сообщить о «великой радости, утешении и удовольствии», которые он находит в личной дружбе, «единодушии и сплоченности» двух монархов. Только после этого, выбрав удачный момент, Джордж должен был раскрыть главную новость о том, что Генрих и Анна уже женаты, аргументируя этот шаг тем, что стране был нужен «наследник по мужской линии и продолжатель рода». Он должен был также объяснить Франциску, что действия Генриха были продиктованы необходимостью: упрямство Климента и вмешательство Карла исключали дальнейшие промедления. Наконец, Джордж должен был убедить Франциска вести себя как подобает «истинному другу и брату» и не разглашать тайны никому и нигде, особенно в Риме, до тех пор, пока Генрих сам не объявит об этом после Пасхи.