Книга Охота на сокола. Генрих VIII и Анна Болейн: брак, который перевернул устои, потряс Европу и изменил Англию, страница 165 – Джон Гай, Джулия Фокс

Процессия покинула Тауэр около пяти часов вечера, как только Пикок убедился, что все готово. Шествие должно было завершиться через три часа в Вестминстер-холле, где Анну ожидал легкий ужин с вином¹⁶. Примечательно, что во главе длинной кавалькады ехали двенадцать представителей Франции, состоявших на службе у Жана де Дентевиля. На каждом из них была ливрея из темно-синего бархата с желто-синими рукавами и плюмажами из белых страусовых перьев на шляпах. В этот знаковый для Англии день Анна была решительно настроена заявить о своих франкофильских пристрастиях. Франциск позаботился о том, чтобы сшитые на заказ ливреи были наилучшего качества, и прислал де Дентевилю 500 золотых экю, чтобы тот расплатился за них¹⁷.

За ними следовали судьи в алых мантиях, которые прибыли с опозданием, но все-таки втиснулись в ряды процессии, заняв место перед новопосвященными рыцарями ордена Бани. Вплотную за ними шествовали представители знати и высшего духовенства, включая Кранмера, за которыми следовали де Дентевиль и венецианский посол Карло Капелли, все в роскошных одеждах. Шапюи, как и следовало ожидать, на церемонии не присутствовал. Далее шла группа советников и менее именитых придворных. В этой процессии была представлена вся элита Англии времен Генриха. Саффолк, которому на этот день были доверены полномочия лорда – Верховного констебля, с большим рвением исполнял эту роль, стараясь держать все под контролем, и, казалось, ощущал себя в своей стихии, невзирая на чувства, которые он испытывал в глубине души. В каком-то смысле ему было легче, чем обычно, – его жена Мария, которая ненавидела Анну сильнее, чем он сам, и под давлением которой ему приходилось избегать контактов с Анной, была смертельно больна. Она умрет менее чем через месяц, так и не увидевшись в последний раз с братом, несмотря на ее мольбы о свидании с ним.

Наконец перед лондонцами предстала та самая женщина, которую всем так не терпелось лицезреть воочию. Открытый паланкин с удобным мягким сиденьем был покрыт белой с золотом парчой, а сбруя на мулах, которые несли на своих спинах носилки, была украшена белым дамастом. Несмотря на решение Анны одеться по французской моде, ее наряд и весь антураж в этот день по большей части отвечали требованиям, описанным в «Коронационной книге». Ее темно-каштановые волосы были по-девичьи распущены и свободной волной струились по спине из-под золотистого койфа. Как предписывал протокол, она ехала под балдахином из золотой парчи, который несли над ее головой четыре барона Пяти портов^[92], держа его на четырех золотых шестах, украшенных серебряными колокольчиками¹⁸.

Предоставив городу небольшую армию королевских плотников, художников и музыкантов и заручившись поддержкой ганзейских купцов, Норфолк и Кромвель смогли организовать обширную зрелищную программу, объединявшую шесть театрализованных представлений и живых картин¹⁹. Для написания сценариев Пикок привлек двух известных литераторов – поэта Джона Леланда и драматурга Николаса Юдолла. Перед ними была поставлена задача: сохраняя традиции, привнести свежий элемент – впервые в коронационной церемонии Тюдоров были использованы классические мотивы итальянского и французского Ренессанса, с помощью которых создавался новый образ королевы, отвечавший личным вкусам Анны²⁰.