Книга Незнакомка для наследника клана орков, страница 78 – Дита Терми

Его внутренний мир — из стали, крови и огня. Из сдерживаемой силы и глубоко запрятанной боли. Мне становится страшно. От осознания той ноши, которую он всегда несёт в себе.

Я останавливаюсь, дрожу, обняв себя за плечи. Этот водоворот чужой агонии невыносим. Кажется, я не справлюсь. Я не смогу пройти его путь. Не смогу пройти через его воспоминания. Он… совсем не такой, как я. В его душе всё другое. Чуждое мне…

«Иди ко мне, Лина».

Голос. Его голос. Тихий, но абсолютно ясный. Он звучит не в ушах, а где-то глубоко внутри, в самой моей душе. Он спокоен. Уверен.

«Ты сильная. Сильнее, чем думаешь. Я чувствую тебя. Иди».

Может ли это быть галлюцинацией? Или магия Рощи позволяет нашим душам говорить напрямую? Неважно. Его слова становятся якорем в этом бушующем море чужих эмоций, направлением для меня.

Я выпрямляюсь, стиснув зубы. Это его боль. И если он прожил с ней все эти годы, то я смогу пройти через её отголоски. Я должна. Потому что любить — значит принимать его всего. Не только его свет, но и его тени.

Я делаю шаг. Потом ещё один. Я иду сквозь видения его битв, сквозь отголоски его гнева, сквозь леденящий страх за меня. Я не закрываю глаза. Я смотрю. И с каждым шагом моя любовь к нему не слабеет. Она… закаляется. Становится более зрелой, более осознанной. Я вижу не просто орка. Я вижу воина, который сражается. Мужчину, который боится. И душу, которая выбрала любить меня, несмотря на все риски.

Туман начинает редеть. Впереди брезжит свет. Я ускоряю шаг, почти бегу, гонимая внезапной, жгучей потребностью увидеть его, прикоснуться к нему, доказать, что я прошла через это.

И туман… рассеивается.

Он стоит там, на маленькой солнечной поляне, в самом сердце Рощи. Он ждёт уже меня. Его лицо напряжено, в глазах — отблеск той боли, что только что пережила я. Он видел мои кошмары. Мои страхи. Мое одиночество. Предательство моих родителей, мой страх потери, когда я была на свадьбе с Себастьяном. Он тоже всё это видел…

Мы не говорим ни слова друг другу.

Я бросаюсь к нему, и его руки смыкаются вокруг меня с такой силой, будто он хочет навсегда впитать меня в себя. Я поднимаю лицо, и наши губы встречаются в поцелуе. Жажда, облегчение, прощение и обещание.

Мы целуемся как ненормальные, забыв о зрителях, о магии, обо всём на свете, найдя друг друга в самом эпицентре бури.

Когда мы наконец отрываемся друг от друга, чтобы перевести дух, он прижимает мой лоб к своим губам.

— Вот видишь, — шепчет он, его дыхание обжигает мою кожу. — Мы всё преодолеем. Вместе.

Туман позади нас окончательно рассеивается. А я верю. Мы справимся. Мы со всем справимся.

Но когда нас подводят к невидимому Мосту доверия, моё сердце обрывается. Только не это. Самое сложное испытание для меня.

Перед нами выстраивается новое испытание. Такое опасное, такое ужасное, что оно холодит моё сердце и заставляет дрожать колени. Я не могу поверить, что нам нужно будет сделать это.

Теплота его объятий, твердость его руки в моей — всё это исчезает, сменяясь леденящим ветром, что рвёт волосы и заставляет кожу покрываться мурашками. Мы стоим на узком уступе, за спиной — надежная стена скалы, а впереди… Боги.

Бездна.

Не просто темнота, а живое, бушующее чрево мира. Вихри из сине-багровых молний вырываются из мрака, с грохотом сталкиваются и рассыпаются снопами искр. Воздух, пропитанный запахом озона и древней магии, гудит. И над этим хаосом, тонкий, как паутинка, перекинут мост. Он соткан из чистого света, мерцает, словно его вот-вот унесёт очередным порывом ветра.