Книга Незнакомка для наследника клана орков, страница 83 – Дита Терми

Азур стоит рядом, его плод надежно спрятан в его огромной ладони. Он смотрит на меня и улыбается. Мы почти у цели. Осталось одно последнее испытание.

— Испытание «Танец Противоположностей», — голос жреца звучит как приглашение к последнему, самому красивому акту.

Воздух в Роще снова меняется. Нас больше не окружают стены или пропасти. Мы стоим на огромном, плоском камне, отполированном до зеркального блеска веками и ступнями бесчисленных пар, проходивших здесь обряд до нас.

Слева от нас рождается вихрь. Он соткан из ослепительно-белого, холодного света. В нём танцуют искры, похожие на снежинки, и слышится отзвук эльфийских песен — прекрасных, стройных, но таких… далёких. Такой я знала магию своего народа. Красивая, совершенная, но лишённая настоящего жара.

Справа вздымается другая буря. Она тёмная, густая, как дым. В ней пляшут багровые молнии, слышится рычание зверя, топот копыт, дикий, необузданный ритм далёких барабанов. Это сила орочьего народа. Грубая, первозданная, живая.

Две стихии начинают сходиться, готовясь столкнуться прямо на том месте, где стоим мы.

— Ваша связь — ваш щит и ваш проводник, — доносится голос жреца. — Не боритесь со стихиями. Впустите их в себя. Позвольте им течь через вас. Ваш танец должен создать новый узор. Новую гармонию.

Мой разум лихорадочно работает. Впустить их? Впустить эту дикую, хаотичную тьму в себя? Я инстинктивно сжимаюсь.

Азур, кажется, читает мои мысли. Он поворачивается ко мне, его лицо серьёзно.

— Ты доверяешь мне? — спрашивает он. Просто. Прямо.

— Всегда, — отвечаю я без тени сомнения.

— Тогда доверься и этому, — он кивает на надвигающуюся орочью бурю. — Это — часть меня. Та часть, что даёт мне силу защищать тебя. Та, что позволяет мне чувствовать мир… по-настоящему. Я не позволю ей причинить тебе боль. Но ты должна принять её.

Он прав. Я видела эту силу в его воспоминаниях. Она была в его ярости в битве, в его отчаянии в темнице. Но она же была и в его страсти, в его смехе, в его безграничной преданности. Это не отдельные части. Это единое целое.

Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох. Я вспоминаю его объятия. Его уверенность. Его веру в меня. И открываюсь.

Буря обрушивается на нас.

Холодный свет эльфийской магии вливается в меня знакомым, но теперь кажущимся чужим потоком. Он строгий, упорядоченный, он пытается выстроить мои мысли в идеальные ряды, подавить всё хаотичное. А тёмная, дикая энергия Азура… она врывается в него. Я чувствую, как его тело напрягается, как он с силой вбирает в себя мой холодный, отточенный свет, этот символ контроля и условностей, которые так долго душили меня.

Мы не двигаемся с места, но внутри нас бушует сражение. Две противоположности сталкиваются, не смешиваясь, пытаясь разорвать нас изнутри. Больно. Это непривычно и больно. Мой разум кричит о том, что это неправильно, что так не должно быть.

— Доверься, Лина! — я слышу его голос сквозь гул в ушах. Он хриплый, ему тоже больно. — Не сопротивляйся! Прими!

Я смотрю на него. Его лицо искажено гримасой усилия, но его руки крепко держат мои. Он не отпускает. Он принимает во мне всё — и свет, и те темные тени сомнений, что я только что ему открыла.

И я понимаю. Я должна сделать то же самое.

Я перестаю бороться. Я позволяю дикой, багровой энергии течь через меня. Она жжёт, но это очищающий огонь. Она сжигает остатки страха, оставшиеся предрассудки. И я чувствую, как в ответ мой холодный, упорядоченный свет вливается в него. Он несёт ему не боль, а… ясность. Тонкое понимание тех сложных узоров, что всегда были для него тайной.