Книга Врачебная тайна, страница 72 – Дия Семина

Граф хмыкнул.

— Это не опала, это абсолютная секретность вокруг вашей фамилии. Ваш отец занимал этот пост, он был старшим советником, как нас любят называть — инквизитором. Этот кабинет принадлежал ему, а перстень — символ власти и защиты от опасных воздействий настоящих тёмных сил. Не таких ведьм, какой, видимо, пытается стать ваша подруга, а настоящих. Таких, как тот призрак, что служит вам и невероятным образом похож на меня.

Для наглядности он несколько раз торкнул указательным пальцем в бумаги на своём столе, словно именно эта точка и является тем самым местом, какое занимал отец Насти.

Я осмотрелась, до этого момента внимание было приковано к графу, а теперь я изучаю кабинет отца и пытаюсь уловить хоть какие-то знаки. Но увы, в этом кабинете после Гринёва несколько лет служил другой советник. Обычный безликий офис с типичной деловой неизменной обстановкой, меняются только люди…

— Если я правильно поняла — пока этот перстень у меня, то нечисть меня боится?

— В целом, да, но смысл значительно шире, раз вы можете держать этот перстень при себе и оставаться в нормальном, дееспособном состоянии, значит, вы не ведьма и не одержимы тёмными силами. У меня более нет к вам вопросов, сударыня. Если вы считаете, что перстень для вас гарантирует безопасность, то я позволю вам его оставить при себе, однако сделаю соответствующие пометки в деле, потому что перстень принадлежит царской семье и является артефактом для служащих канцелярии и вам стоит относиться к нему с подобающим вниманием, и в случае необходимости сдать.

Он сразу же и записал что-то на бланке, к которому пришито письмо из монастыря.

Бюрократия, такая бюрократия…

— Я могу идти? — довольная, что всё прошло максимально безопасно, я даже не задумалась, почему это Даниил Романович ни словом ни обмолвился про Гришу? Ведь вид призрака-двойника вчера его поразил, а может, и напугал. Вот в чём основной подвох, но я побоялась бы и рот открыть, чтобы задать настолько провокационный вопрос, более того, я даже думать боюсь на эти темы.

— Не смею задерживать, сударыня…

Чувствую, что он бы с удовольствием меня задержал, но поводов у него нет, а у меня есть. Встала и чуть было не выронила книгу, когда убирала в сумочку карточку и взяла пропуск из руки графа.

— Мне будет приятно, если вы подпишете вашу книгу.

— Вы решили польстить мне? Но признаюсь, приятно, мало кто интересуется данной темой…

— Судя по содержанию книги вы тоже не особо интересуетесь, всего лишь взглянули на клиническую психологию с позиций знакомой вам теософии и юриспруденции, проскользили по поверхности, не пытаясь заглянуть вглубь, эта книга скорее повод понять вашу точку зрения, и она, к сожалению, далека от истины…

Твою ж налево, кто тянул меня за язык наговорить такую ересь инквизитору, в его же кабинете, да ещё и в стенах Тайной канцелярии, Гриша был прав, я смогла сделать из него лютого врага буквально за пару секунд!

— Вот как? И что же вам позволило, сделать сей вывод? Опыт? Образование или тот диагноз, каким наградил вас муж? — ни один мускул не дрогнул на его лице. Но я умудрилась задеть его самолюбие самым бесцеремонным способом, как тролль-комментатор, с одной лишь разницей, что не анонимно…

Несколько бесконечных секунд судорожно ищу выход из опасной ситуации, пока Даниил Романович подписывает свою книгу для меня. Завидую его выдержке, потому как я на пределе своих возможностей, тело Насти уже даёт сбой, адреналин заставил сердце биться быстрее, дыхание поверхностное, и предательская дрожь не позволит говорить уверенно.