Книга Слово короля. Слезы попаданки, страница 112 – Татьяна Антоник

— Это лабиринт, надо двигаться. Ты предпочитаешь налево или направо? — без рвения добралась до поворота.

— Мы некроманты, Веймарс, — неистовствовал парень, — мы всегда идем налево.

Да? Я про такое правило не знала. Зато помнила, что во всех привычных лабиринтах надо коснуться стены правой рукой и следовать за ней. Но мы не в привычном, это Морок, нас все хотят запутать.

Мы долго шагали по лабиринту, игнорируя разные отражения, но в какой-то момент Эш остановился.

Я понятия не имела о таких заклинаниях, нас словно перенесло в огромный зал со странными весами и валяющимися кубиками с рунами.

— Вот и первая загадка, — обозначил Эш.

— Загадка, почему нас поставили вместе, — съязвила я.

Если бы мне кто-то сказал, что я проведу день, споря с Ходжесом возле пары магических весов, я бы посмеялась. Или ударила. Зависит от настроения.

Но стоило мне зайти в этот зал — и я поняла, что все пошло по одному месту.

Мы оба приблизились, изучая предмет.

Да, весы. Огромные, древние, с рунами, которые светились, как глаза у преподавателя, когда ты говоришь "я не сделал домашку, потому что на меня напали гарпии".

Над ними — надпись, такая же загадочная: «Истинное равновесие — не в массе, а в смысле. Уравновесь прошлое и настоящее.»

Конечно. Почему бы и нет. Лабиринт решил поиграть в философа. Осталось только, чтобы весы начали читать стихи. На одной чаше уже лежал символ золота. А вторая чаша пребывала пустой.

— Получается, их надо чем-то наполнить, — оглянулась на валяющиеся кубики с их обозначением. — Чего там только не было: воздух, огонь, земля, вода, соль, такое же золото и сердце. — Золотом? — спросила я, глядя на него. — Они не могут друг другу противоречить. Символ совершенства. И гордыни. И, возможно, — не забыла съехидничать, — твоего эго.

Он фыркнул.

— Ну, положи воду, остудись. Ничего же не произошло, ты меня не подставила.

— Хочешь сказать, надо положить сердце? — продолжила гримасничать я, игнорируя обидные намеки. — Потому что ты увидел во мне друга?

Наш диалог давно перескочил обсуждение испытания. Мы выясняли отношения между собой. Тот момент, когда Ходжес воспринял меня как своего врага.

Эш медленно приблизился к кубикам и поднял тот, что обозначал сердце.

— Понятия не имею, кем мы были, но я тебе доверял. Это чего-то стоило.

Я окончательно запуталась.

— Ты серьёзно? После всего? После того как ты даже не дал мне объясниться?

— А надо было? Ты с Кэмпбэллом нашла общий язык.

— Надо было, — вырвалось у меня. — Это ты все заранее решил, сразу причислил к предателям. Тебе ведь нравится быть в роли обиженки. Как удобно, правда? Можно ничего не делать и всех обвинять.

Я лупила по его страданиям, а он молчал. И весы молчали.

Слава богам, если бы те заговорили, я бы кокнулась.

— Ладно, — вздохнула я. — Клади это клятое сердце. Тут все любят тайные смыслы и иронию.

Эш водрузил на вторую чашу кубик и замер. Весы задрожали, а я затаила дыхание. Если мы ошиблись, то этот конкурс для нас закончится.

Но нет.

Символы вспыхнули мягким светом, и в стене открылся проход. С гулом, как будто сама комната вздохнула: ну наконец-то, вы определились.

— Ну вот, — сказала я. — Сердце. Кто бы мог подумать. Следующий шаг — мозг. Хотя, — повернулась к парню и спрятала истинные эмоции, — глядя на тебя, это будет сложнее.