Книга Лекарство от разбитого сердца, страница 111 – Анна Платунова, Мария Фир

…Все необходимые документы Тесса и Дарен подписали здесь же, на обшарпанном железном столе. Свидетельство о заключении брака. Распоряжение о передаче опеки над Миленой Мортенс ее мачехе. Предписание о передаче имущества, включая банковские счета, дом и землю, супруге Дарена — Терезе Мортенс.

Супруги… Тесса и так и этак пробовала слово на вкус и не могла до конца осознать, что происходящее с ней — правда.

Вместо обручального кольца Дарен надел ей на безымянный палец печатку с родовым гербом. Перстень был слишком большим, соскальзывал с пальца, но Тесса крепко зажала его в кулаке. Ничего, можно пока носить на цепочке, все равно на работе нельзя надевать кольца.

— Можете поцеловать жену, — улыбнулась дона Кларк, когда с подписанием бумаг было покончено.

Дарен бережно коснулся припухших губ Тессы. Этот поцелуй был особенным, не таким страстным, как те, которым они предавались несколько минут назад, но самым теплым, самым заботливым.

— Жена! — прошептал Дарен.

Дарен

Не было пышного платья, строгого костюма и торжественной церемонии. Не было толпы гостей и моря цветов. Не было стола, что ломился бы от яств, искристого вина в золочёных бокалах и брачного ложа, усыпанного нежными лепестками роз. Один поцелуй новоявленных супругов — и в дверь тюремной комнаты постучал охранник, извещая всех о том, что свидание окончено.

Дарен пожал руку другу, поблагодарил дону Кларк за неоценимую помощь, а сам всё не сводил взгляда с Тессы. Этой отчаянной, смелой, самой любимой на свете девушки.

Тьер Мортенс и сам не заметил, как между ними образовалась прочная, неразрывная связь. Казалось, совсем недавно он тщательно следил за каждым своим движением, опасаясь дотрагиваться даже до родной дочери. Дарен и представить не мог, что в его жизни может появиться новая любовь — женщина, без которой он уже не мыслил существования. И вот теперь Тесса — его жена.

Остаток дня и следующую ночь Дарен провёл в беспокойстве. После встречи с любимой он особенно остро чувствовал несвободу: стены камеры и низкий потолок давили на него, застоявшимся влажным воздухом подземелья было невозможно надышаться. Кристаллы пустотного шпата, лишающие некроманта магии, вызывали головную боль и тошноту. Хотелось пить, но вода казалась горькой.

Его держали в неведении, ничего не объясняли. Допросы закончились, а о том, как продвигалось расследование, никто не рассказывал. Когда пару дней спустя в тюрьме снова появился тьер Спеллман, адвокат, Дарен готов был наброситься на него с кулаками. Увы, тот пришёл с охраной.

— Когда я смогу увидеть жену и дочь? Даже осуждённым на пожизненное заключение позволяют видеться с семьёй! До суда я лишь подозреваемый, не более того!

— Подозреваемый в убийстве, а это вам не мелкое воровство, Мортенс, — заметил адвокат. — Вы сможете увидеться с женой сразу после вынесения приговора. До суда любые встречи запрещены.

— И когда же состоится заседание суда? Через месяц? Два? Через год?

Дарен нервно расхаживал по комнате взад и вперёд, в то время как его адвокат невозмутимо раскрыл папку с делом на столе и перекладывал бумажки из одной стопочки в другую.

— Послезавтра, — подняв глаза на некроманта, ответил тьер Спеллман. — Я думал, вам сообщили.

— Мне здесь никто и ничего не сообщает! — вспылил Дарен. — Вы хотя бы имеете представление, какой приговор мне готовятся вынести?