Книга Союз пяти королевств. Трилогия, страница 117 – Татьяна Абалова

Чуть позже, когда радость встречи после короткой разлуки поутихла, погашенная поцелуями и совсем нескромными объятиями, наблюдая за Свон, принц заметил, что она уже несколько минут не перелистывает страницу книги, смотрит в нее пустыми глазами, и нет-нет вздыхает.

— Что с тобой? О чем ты думаешь?

— О Петрике. Мне нужно проведать его, – Свон погладила руку Эдуарда, лежащую на подлокотнике кресла. – Я соскучилась. Столько раз заходила, а он все спит да спит.

— Я пойду с тобой. Мне интересно посмотреть на наследника графа Пигеон.

Свон опять вздохнула.

— Что тебя тревожит? – принц взял руку Свон и поцеловал. С тех пор, как нашел беглянку, он все замечал.

Вчерашний случай нападения показал, как быстро, несмотря на неусыпную охрану, можно потерять любимую. Всякий раз глядя на Свон, наследник, словно заклинание, шептал: «Только смерть разлучит нас».

— Петрик никогда не видел меня молодой. Узнает ли? Боюсь обнаружить, что стала для него чужой.

— Ты никогда не будешь чужой для Пигеона-младшего. Ты станешь ему крестной матерью, а я – крестным отцом. Я заказал обряд крещения, проведем его завтра утром. Что еще тебя волнует? – тихо спросил принц.

Рука Свон согрелась в его большой ладони.

— У меня столько вопросов! – вздохнула Свон. – Но я страшусь услышать ответы. Мне кажется, что я прежняя перестану существовать, погребенная под новыми знаниями. Я боюсь потерять себя.

— Ну, уж нет! – засмеялся Эдуард, наклоняясь близко к лицу Свон. Не надо, чтобы она мучилась теми же страхами, что и он. – Опять потерять? Никуда ты не денешься ни от меня, ни от себя. Ты не одна. Я рядом, и всегда будет так. Не зря же я столько лет ждал, пока ты подрастешь.

Последовал поцелуй в щеку, поцелуй в губы, вздох и удивленный вопрос:

— Вы уже тогда знали, что я буду вашей? Вы влюбились в маленькую девочку?

— Боже! За кого ты меня принимаешь? Влюбиться в ребенка? – принц округлил глаза. – Нет, все произошло гораздо позже. Помнишь, как мы встретились во второй раз? Я был уверен, что ты опять тонешь. Не смейся! Тогда я не знал, что тонущая крестьянка и есть моя Свон.

— Вы оценили прелести тонущей крестьянки? – возмутилась Свон.

— Трудно было не заметить, что находится под тонкой рубашкой, – Эдуард пересадил Свон к себе на колени и провел ладонью по ее груди. – Мне стало жалко, что мир лишится такой красоты. Вот я и потащил нагую девицу на берег.

— Вы тащили меня так, словно я подстреленная утка! Никакой нежности. А потом бросили на берегу и убежали. Хорош спаситель! – Свон надула губы в притворной обиде.

— О! Так ты хотела бы, чтобы я был нежен с каждой спасенной крестьянкой?

— Их много? – в голосе Свон прозвучала ревность. – Нет, пожалуйста, будьте нежны только со мной. Когда вы догадались, что тонущая крестьянка – это я?

— Прости, я не знал до тех пор, пока Алекс не подсказал мне. Я обратил внимание на знакомую фигуру, когда ты вернулась с реки. Мы стояли у окна на втором этаже замка Шовеллер и наблюдали, как ты стараешься остаться в тени, пробираясь на кухню. Я сказал Алексу: «Вот еще одна спасенная мной душа!». Он долго смеялся, мне пришлось даже стукнуть его.

— Как я не хотела, чтобы меня тогда кто-нибудь заметил! – Свон застонала, пряча лицо в ладонях. – Кувырки в канавах и лежание в грязи на берегу реки не сделали меня привлекательнее!