Книга Дневники фаворитки, страница 217 – Татьяна Абалова

— Причем тут брат? — Соня посмотрела на застывших у гроба братьев. Ларий, сохраняя каменное лицо, подмигнул ей. — И… и когда успели?

— А вот успели. Они еще на весеннем балу у губернатора познакомились. Но тебя же там не было…

— И молчали?

— А чего кричать? Ты вот тоже не больно много о себе рассказываешь.

— Ну, я… Я, наверное, когда-нибудь стану королевой. Не сейчас, а лет через двадцать, когда Таллену Третьему надоест править Дамарией.

— Сказочница, — Ремма потрепала Соню по щеке. — Вечно ты витаешь в облаках.

— Разве?

— Вспомни хотя бы, как рассказывала о своем доме. Мама то, папа сё! Будто каждый день к ним наведывалась, а сама за два года за стены монастыря ни ногой.

— А-а-а… — Софья погладила щеку, на которой остался красный след.

— Пойду к своему королю, а то эта старая карга скоро на нем повиснет. Палек да Палек. Какой он ей Палек? Палерий!

— Это леди Шер. И вовсе она не старая карга, а красиво стареющая женщина.

— Ну и пусть себе красиво стареет подальше от моего жениха. Ой, смотри, Его Величество Таллен Третий! — голос Реммы потонул в шуме отодвигаемых стульев, шепоте и шелесте платьев — люди поднимались со своих мест, чтобы приветствовать поклоном короля и его спутницу. — А кто это рядом с ним?

— Будущая жена.

— А с предыдущей все уже уладили?

— Она ушла в монастырь.

— Ой, — Ремма толкнула Соню в бок, — король смотрит на нас!

— Он смотрит на меня.

— Чего это?

— Таллен мой отец.

— Уф, хватит врать. Это уже не смешно…

— Зря не веришь. Теперь я вместо Донны буду принцу Дрейгу невест подбирать. Хочешь, посодействую?

— Зачем мне принц? У меня Палек есть, — Ремма передернула полными плечами. — Пойду я, не ровен час жениха какие-нибудь бабушки уведут. А ты продолжай мечтать, принцесса, — чмокнув Соню в щеку, подруга убежала к разговаривающему с леди Шер Палерию.

А Софья направилась к отцу. По пути к ней присоединились лорд Асдиш и Дрейг с Ювенией, и все четверо застыли перед правящей четой. Нет, Милену еще не объявили невестой Таллена Третьего, но в Дамарии, наверное, только несмышленые младенцы не знали, что она давно ему жена. История их любви, обрастая подробностями, уже жила своей жизнью не только во дворце, но и в каждой таверне по королевскому тракту.

Милена обласкала детей взглядом.

— Я так переживаю, — прошептала она. — Боюсь не выдержать и разрыдаться в голос. Я ведь вспомнила, как Велица уходила с корзиной в руках. А теперь мне предстоит проводить ее.

Как только король в окружении близких подошел к гробу, хор запел прощальную песнь. Звонкий мальчишеский голос, возносящийся к самому куполу, откуда на смертных взирали лики двенадцати богов, выдавил слезу даже у самого стойкого. Таллен погладил парчу, закрывающую мощи кормилицы.

— Как бы я хотела увидеть Велицу вновь, обнять ее и сказать спасибо, — Милена потерла жемчужину на кольце, как делала не раз, когда скучала по Тилю Удачливому.

— И я хотела бы сказать ей спасибо! — эхом откликнулась Софья и смахнула слезу. Лорд Асдиш посмотрел на невесту с беспокойством, и она, почувствовав взгляд, перевела глаза на него, но тут же закрыла рот ладонью: за спиной Эрли стояли две фигуры.

— Мама, ты видишь это? — она дотронулась до руки Милены и кивнула в сторону появившихся из ниоткуда призраков. Те медленно приближались.