Книга Дневники фаворитки, страница 30 – Татьяна Абалова

— Леди Милена? — я подняла глаза на Таллена. Слава богам, в них не было той утренней усмешки. — Я слышал, вы хотите покинуть нас?

Велица запыхтела как виноватый дракон.

— Да, я…

— Я запрещаю вам выходить за пределы крепостной стены.

— Но…

— Без возражений. Я в ответе за вашу жизнь.

— Я бы хотела спуститься в деревню, — я скрутила до боли в пальцах салфетку, прежде чем решилась произнести следующее: — В лавку. Мне не в чем ходить.

Король нахмурился, сосредоточил взгляд на моей рубашке.

— Я пришлю вам. Велица, составь список. Вокан, а ты проследи, чтобы мой приказ не нарушался.

— Но почему? Разве я пленница?

— Дикрей сбежал.

Я задохнулась от ужаса. Если Толл-младший сбежал, то он, умрет, но разыщет меня. И не было никакой уверенности, что разыщет, чтобы забрать с собой. Скорее похоронит здесь же. Или сбросит в море. Раз не ему, то никому.

— Кто такой Дикрей? — не к месту спросила Фиордес. Она держала в руках куриную ножку, и красный след от помады отпечатался на бледном мясе птицы. — Что? Что не так?

Она не могла понять, почему король смотрит на курицу широко открытыми глазами.

— Фиордес, что это?! — в его голосе слышалось потрясение.

Фаворитка опустила глаза и тут же отшвырнула от себя треклятую ножку, из которой торчало несколько зубов. Истерично вскрикнула леди Шер. Феордес, закрыв рот салфеткой, вскочила. С грохотом опрокинулся стул.

— Фурдик, за ней! — скомандовал король, выбегая следом.

А мы, ничего не понимая, остались за столом. Первым в себя пришел Вокан. Накрутив на ладонь салфетку, он поднял злополучную куриную ногу и поднес к своему лицу.

— Фу! Меня сейчас стошнит! — веер в руках леди Шер затрепетал. — Что? Что там?

— По крайней мере четыре зуба. Нет, пять. Один лежит на столе.

— Они у нее вставные?

— Нет, живые. Тут даже осталась кровь. Они просто выпали.

— Как такое возможно? — спросила я, не веря, что все происходящее не дикий сон. Дикрей, зубы…

Дракониха не выдержала. Обогнув стол, забрала из рук Вокана куриную ногу и завернула в салфетку.

— К этому лучше не прикасаться. Чую я, что к нам пришла беда.

Она оказалась права. К утру Фиордес умерла. Беззубая, безволосая, покрытая сочащимися язвами.

* * *

— Ее отравили? Но как?

Я сидела на кухне. Рядом со мной примостилась взволнованная кухарка, наблюдая, как Велица роется на ее полках, перетряхивая мешочки, баночки и ящички со специями.

— Когда ты в последний раз ходила в лавку?

— С месяц назад. Вчера не было ничего такого, чем бы я не пользовалась все эти дни.

— На кухню заходили посторонние?

— Только наша стража и королевские охотники. Они занесли припасы, прибывшие с Его Величеством.

— Если бы отрава пришла из кухни, умерли бы все мы, — вошедший Вокан принес с собой ледяной воздух, заставив нас поежиться. Сняв шапку, оттер лоб. — Она ничего не ела и не пила вне стола. В вине, которое они вчера раскупорили вместе с Талленом, яда точно нет. Я нашел остатки и проверил.

— На ком проверил? На себе?

— Глупая женщина. На поросенке проверил.

Мы прислушались, со двора раздавался радостный поросячий визг.

Дверь вновь распахнулась. На пороге стоял король. В одном камзоле, несмотря на снег. Он шагнул в помещение, больно схватил меня за руку и выдернул из-за стола. Молча поволок за собой.

Я беспомощно оглянулась, но никто из тех, кого я считала друзьями, не пришел мне на помощь.