Книга Ну, здравствуй, жена!, страница 69 – Татьяна Абалова

— Ой, что-то я сильно сомневаюсь, что справлюсь, - поймав взгляд Карторы, Юлька поправилась: - Нет, я, конечно, готовлюсь, и желание надавать вашему внуку есть, но... я боюсь опозориться.

— Не бойся. Меч Гестиха и строн помогут. А потом, если уж на самом деле опозоришься, силком под шлем никто не заглянет. Пусть гадают, кто в лужу сел. Так и гордость свою сбережешь, и силы противника разведаешь, чтобы в следующий раз не оплошать. А теперь иди. В печали я. Совсем недавно и Тиль выпроводила. Покоя от вас нет.

«Вот только за это милорду нужно врезать!» - вздохнула Юлька и отправилась к себе. Тренироваться перед зеркалом. Только тренировки у нее были вовсе не по турнирной теме.

С недавних пор Юлька заимела тайну. Страшную и пугающую.

Как только она осознала, что с ней происходит нечто странное, чуть не умерла от ужаса. Но постепенно освоилась и даже решила не рассказывать о своем секрете Теням до тех пор, пока не провернет одно важное дело.

«Жене» Изегера не давал покоя ответ Магистра.

До колик. До зуда. До зубовного скрежета.

О том, что Эрдис в деревенской лавке говорила о том самом письме, Юля не сомневалась. Информацию косвенно подтвердил Михайка. Малец лично знал гонца, который привез депешу из столицы.

Прошло несколько дней, а милорд ничего не предпринимал.

Ожидание Юльку убивало.

Чего же такого посоветовал Магистр? А вдруг Изегеру приказано вернуть никчемную попаданку домой, а он кочевряжится? А может, родовой амулет можно снять на Земле? Всем тогда будет хорошо: и ей, и милорду.

Но милорд затаился. Чего-то выжидает...

Юля видела, что он наблюдает за ней. То на балконе покажется, когда она Михайку провожает, то через окно задумчиво смотрит, когда она по стене бежит.

«Если гора не идет к Магомету...»

Задумка переодеться в служанку зрела давно, и появившаяся тайная способность лишь укрепила желание совершить набег на кабинет милорда. Удача была гарантирована на девяносто девять процентов.

Все началось с тех самых зеленых пятен от кремвиля.

Они вели себя странно: то появлялись, то исчезали. Пока однажды Юля в сердцах не крикнула: «Да что за фигня? А ну, брысь с лица!».

И пятна исчезли. Растаяли, как снежинки на ладони.

Юля таращилась на свое отражение, но не нашла их ни на ладонях, ни на коленке.

Но к вечеру пятна вернулись.

И опять Юля скомандовала «Исчезли!».

А они послушались.

Такие игры продолжались вплоть до седьмого дня, когда мучение с пятнами завершилось естественным путем. Верная примета, по которой ее могли опознать стражники, и чего никак не могло быть на лице и руках служанки, исчезла, и Юля начала готовиться к проникновению в стан врага.

Достала из шкафа платье - точно такое же, какое носила Эрдис. В лавке, где продавали одежду для людей попроще, удалось подобрать и чепец, и башмаки, и расшитый по подолу фартук.

И вот стояла Юля перед зеркалом и морщила нос: одежда один в один, а фигура не та. На груди сборка провисает, зад пышностью не отличается.

Попробовала подушку привязать, но только измучилась.

«Эх, мне бы сиськи как у Эрдис, да жопу пошире».

Она явственно представила служанку, ее налитую грудь и округлый зад.

И закричала от страха. С зеркальной поверхности на нее смотрела Эрдис.

Юля вытянула руку, думая, что в стене открылась потайная дверь, и оттуда на нее пялится служанка, но наткнулась лишь на холодное серебро. И пальцы у нее были каким-то короткими, а ногти почти под корень обкусаны, какой привычки Юля отродясь не имела!