Книга Пятое время года, страница 119 – Анюта Соколова

— Кейв, мы не справимся втроём, – тихо перебила я. – Рена охраняют пять человек.

— Все в одной комнате?

— Нет, в комнате двое. Ещё два наёмника поочерёдно дежурят на улице, пятый спит.

— Рен в сознании?

— Да, но связан.

— Руки и ноги или только руки?

— Руки, толстым шнуром, за спиной, – я запретила себе думать о том, что сейчас испытывает Рен – после подвалов и пыток.

— Пожалуйста, опиши этих пятерых. Они вооружены?

— Главный – чистокровный кешинец, который сейчас спит. У него обычный длинный нож и два странных коротких, с плоской рукоятью.

— Метательные ножи.

— Рядом с кроватью арбалет и футляр с болтами. Короткие болты с широкими кромками. Два охранника в комнате вооружены ножами, их арбалеты лежат рядом. У пары на улице ножи и кастеты.

— В доме один вход?

— Два и окно на крышу. Про окно они не знают, изнутри оно кажется заколоченным, на самом деле там от гвоздей только шляпки. Одна дверь выходит в переулок, вторая, из кухни, – во двор.

Спокойные деловые вопросы Кейва действовали ободряюще. Он задумался, полез под сиденье и достал уже знакомый мне мешочек со злотыми.

— Ты не перекупишь наёмников Дерила, – вздохнула я. – Они его боятся до дрожащих коленок.

— Я и не собираюсь, – Кейв взвесил мешочек на руке. – Ты сделаешь вид, что хочешь выкупить жизнь мужа. Пришла одна, без охраны, дом указали Боги… Вряд ли мерзавцы разбираются в особенностях дара Прях. Попробуй выманить их на улицу, Дея. Рыдай, умоляй, напомни про праздник, надави на жалость. Ты хорошо притворяешься, я помню.

Он вдруг глубоко и нервно вздохнул:

— Только, пожалуйста, будь осторожна. Не зли их, не угрожай.

— Мне нечем грозить: я слабая, жалкая, ни на что не годная женщина, – повторила я слова Дерила.

— Да, – невесело согласился Кейв. – Слабая женщина, за которую я с радостью отдал бы состояние, должность и даже будущее кресло министра. Прости, что сказал это, Дея.

— Ты ждёшь какой-то ответ? – выдавила я после паузы.

— Нет, – он покачал головой, полез под сиденье и достал миниатюрный арбалет. – Ответ мне известен. Поэтому я готов спасти Рена ценой своей жизни. Непривычное чувство: я всегда считал себя корыстным и расчётливым карьеристом с холодным сердцем, неспособным не то что увлекаться – испытывать симпатию. А меня так неизящно ткнули носом в любовь, словно щенка в напруженную лужу.

Кейв сделал вид, что осматривает арбалет: это позволяло ему не поднимать голову.

— Замечательная вещица, опытный образец. Я стрелял из него в тире, пора испытать в деле. У меня есть два выстрела, если выстрелить шагов с десяти, то это двое убитых. Дальше придётся перезаряжать. Какую бы истерику ты ни устроила, кто-нибудь обязательно останется в доме караулить заложника. Профессионалы, чёрт бы их побрал. Этих профессионалов я должен тихо устранить, а Тибо уведёт пленного через крышу. Рен в состоянии ходить?

— Физически – да.

— Ничего, у него воля крепкая, соберётся. Самое сложное достаётся тебе, Дея. Деньги у тебя, скорее всего, отберут, и чёрт с ними. Лишь бы саму не тронули.

В окошке показались знакомые дома Звонкой улицы. Ещё немного – и мы въедем в Весёлый квартал, а там недалеко и до окраины Тангера. Мелькали ярко освещённые окна, цепочки бледно-голубых фонарей, проплыла тёмная громада фабрики. У рабочих единственные в году длинные трёхдневные выходные, за которые Зимний Перелом любят ещё больше.