Книга Отбор для дикой розы, страница 3 – Элен Скор

Теперь нужно немного подождать, пока зелье не подействует. Я прислушалась к хриплому дыханию, ребра у него, похоже, тоже сломаны. Просто не будет, но ничего, и не таких с того света вытаскивала!

Дыхание Назира немного выровнялось, рука, судорожно сжимающая траву, расслабилась — зелье начинало действовать. Но подстраховаться всё нужно.

— Держите его крепче!

Мужики понятливо перехватили раненого за плечи. Первым делом я вправила на место сломанную ногу. Из рваной штанины белел осколок выпиравшей кости. Кто-то за спиной приглушённо охнул. Теперь очередь руки. Здесь кость вовсе раздроблена в нескольких местах. Пришлось складывать кусочки, словно в детской игре, нащупывая их пальцами и ставя на место.

— Теперь все отойдите!

Уже через секунду я осталось у дома одна с лежащим передо мной едва дышащим телом. Все в деревне знали, что в такие моменты от меня лучше держаться подальше.

Закрыв глаза, я стала водить ладонями над телом Назира, перед внутренним взором появилась картинка мужского тела, на котором разноцветными пятнами было указаны проблемные места. Как обычно начала с красных, самых опасных, требующих не медленного вмешательства.

Ладони засветились холодным голубым светом, местами переходя в фиолетовый. Этот свет устремился туда, где моя магия жизни сейчас была важнее всего.

Не смотря на обезболивающую настойку, мужчина застонал. Да, сращивать кости — это больно! Нога уже не светилась красным, перейдя сначала в оранжевый, а потом в жёлтый. А это уже не критично! Теперь займёмся рукой и рёбрами.

Когда я открыла глаза, на улице было уже темно. На небольшом отдалении стояли селяне, держа в руках зажженные факелы.

— Обмойте его и намажьте мазью. Укрепляющую настойку давать каждые три часа. Кормите бульоном и пусть побольше спит. Сон лечит, — я потянулась к ящичку с зельями, чтобы достать нужную мазь, и со стоном завалилась в бок. Ноги не разгибались. Я простояла на коленях несколько часов и сейчас совершенно их не чувствовала.

Первой ко мне подскочила тётушка, спрашивая, какие склянки достать из ящичка. Передав всё жене Назира, она попыталась поставить меня на ноги, но её мягко, но решительно отодвинули в сторону. Дамир легко, словно пушинку, подхватил меня на руки и зашагал к дому.

Вверх вниз, вверх вниз — словно на волнах. Почему-то это сравнение пришло мне в голову. Странно, я никогда даже реки не видела, не то что, качаться на волнах. В нашем ручье, что стекает с самого высокого холма, воды по колено.

Я положила голову на крепкое мужское плечо, вдыхая запах пыли, лошадиного пота и степной полыни. Размеренные шаги и покачивания им в такт усыпляли. Устала. Много сил потратила, случай оказался действительно не из простых. Повозиться пришлось изрядно. Но ногу мужику я спасла, да и рука со временем придёт в норму. Глаз. Вот с глазом сложнее — нечего было там спасать, остался он где-то там, в горах. Ничего, и без глаза можно жить, главное — живой! Здоровые мужики сейчас вовсе на вес золота! Мало их осталось, то мор какой нападёт, то ещё какая напасть. Только в моей деревне такому не бывать. В деревне и кладбища то нет — за шесть лет никого хоронить не пришлось.

Вот и наш дом, Мальва испуганно выглядывает в окошко, смешно расплющив нос о слюдяное стекло. Вот она у нас настоящая леди: гладкие тёмно-русые волосы, большие голубые глаза, розовые губки бантиком и белоснежная кожа, с которой не могло справиться даже жаркое степное солнце. Сестрица с удовольствием занималась с тётушкой музыкой, танцами и учила наизусть книгу этикетов. Даже скромное платье она носила с таким изяществом, которого мне никогда не добиться никакими уроками и ходьбой со стопкой книг на голове.