Книга После развода. Вернуть истинную, страница 71 – Татьяна Бэк

— Держать строй! — заорал Рыгар, бросаясь туда со своими людьми.

Я увидела, как он рубится, как рядом с ним падают наши, как королевский сержант, тот самый, что ещё недавно косился на нас с презрением, прикрывает его щитом. Кровь, грязь, крики — всё смешалось в один сплошной, бесконечный кошмар.

Раненых понесли к нам сразу. Их было много. Слишком много. Мы с Элви работали, не разгибаясь, но их все прибывало. Лечебница превратилась в филиал ада.

— Лора! — крикнул Каэл, вбегая с окровавленным топором. — Они прорываются к лечебнице! Уходи в подвал!

— Нет, — ответила я, даже не поднимая головы от очередной раны. — Здесь мои пациенты. Я никуда не пойду.

Скай, до этого сидевший в углу, вдруг поднялся. Его серебристая шкура словно наэлектризовалась, глаза загорелись голубым. Он издал низкий, предупреждающий рык и вышел наружу.

Я рванула за ним. На площади перед лечебницей уже кипел бой. Наши отступали, их теснили к самым дверям. А в небе, прямо над нами, нависал один из ржавых драконов, готовясь обрушить огненный шар прямо в здание, где лежали раненые.

Скай встал между ним и лечебницей. Маленький, смешной, неуклюжий — и абсолютно, безрассудно храбрый. Он раскрыл крылья, пытаясь закрыть нас, и зарычал, вызывая на себя огонь.

— Скай, нет! — закричала я.

Дракон в небе замер, удивлённый такой наглостью. А потом из его пасти вырвался поток пламени, направленный прямо на нас.

Сделав глубокий вдох, словно пытаясь надышаться, закрыла глаза, прижимая к себе Ская, чувствуя, как его мелкая дрожь передаётся мне.

И в этот миг небо раскололось от мощного, всепоглощающего, леденящего кровь рёва, от которого, казалось, содрогнулась земля. Он наполнил весь мир, заставляя вздрогнуть каждого.

Я открыла глаза и чуть не расплакалась от облегчения. С неба, разрезая серую пелену, падали десятки серебристых, белых, голубых теней. Драконы, Ледяные Пики. А впереди, черной молнией, несущей смерть, летел Ночной Коготь. Сивер вернулся, как и обещал.

Его рёв был подобен грому. Он врезался в ржавого дракона, нависшего над лечебницей, с такой силой, что того отбросило на сотню локтей. Их когти сплелись, челюсти лязгнули, и они рухнули вниз, в самую гущу вражеской пехоты, сметая всё на своём пути.

А сверху, с небес, уже обрушивался ледяной шторм. Драконы Ирмин атаковали слаженно, холодно, безжалостно. Они не вступали в долгие схватки, просто расстреливали врага с высоты, вымораживая целые отряды, превращая стройные ряды в ледяные изваяния.

Гракхи дрогнули. Их драконы, застигнутые врасплох, пытались сопротивляться, но против объединённой мощи Ледяных Пиков у них не было шанса. Один за другим они падали, сражённые ледяными копьями и когтями.

Я же смотрела в небо, и слёзы текли по лицу. Но в них было облегчение, которое вытеснило страх и боль.

Сивер — уже снова в небе, оставив поверженного врага далеко внизу — сделал круг над деревней. Его рёв прозвучал как приказ, как сигнал, как обещание. И десятки голосов ответили ему.

Битва переломилась в одно мгновение. Те, кто ещё минуту назад был уверен в победе, теперь бежали, бросая оружие, давя друг друга. Наши, окрылённые чудом, гнали их, не давая опомниться.

А потом всё кончилось. Так же внезапно, как началось. Я стояла на пороге лечебницы, обнимая дрожащего Ская, и смотрела в небо. Чёрная точка отделилась от стаи, снижаясь, опускаясь прямо к нам.