Книга Женщина для утех семьи Бэкхейм, страница 101 – Ефимия Летова

Ну вот, теперь я думаю, как леди Кариса! А с чего я вообще решила, будто участие лорда Авертера в моей жизни выйдет за пределы перевода писем?

С какой стороны не посмотри, мой порыв был глуп. Не будет адепт этого пресловутого ордена компрометировать себя просьбами оказать содействие распутной женщине, даже с учётом всех прочих факторов. Возможно, следует обратиться к леди Карисе… Но мне нечего будет предоставить ей в ответ, увы. Лорд Авертер совершенно ко мне равнодушен и явно не планирует расставаться со своим орденом.

— Хорошо, я поняла, — как можно более ровно ответила я и опустилась на переставленный диванчик. Мне не хотелось оставаться и читать больше ему не хотелось, но уйти, образно говоря, хлопнув дверью, означало продемонстрировать свою обиду, своё неравнодушие — а делать этого было не нужно. Я забыла своё место, обманулась его мнимо-участливым поведением в случае с лордом Мизертом, тогда как это самое поведение не было чем-то из ряда вон выходящим, оно было естественным. Его возмущало поведение родственника, а вовсе не огорчала моя участь. Я попыталась сконцентрироваться на строчках, неожиданно расползающихся перед глазами.

День сегодня пасмурный, мой рубиновый принц, и моё письмо будет совсем коротким.

Сегодня умер Тос, мой пёс. Всё потому, что мой отвратительный брат, играя в войну, решил устроить всё по-настоящему. И пока он под предводительством своего гувернёра и наставника тренировал меткость в стрельбе по фарфоровым кувшинам, всё было нормально, хотя что за развлечение — уничтожать такую красивую посуду ради глупой и злой забавы, имитирующей самое отвратительное, что может быть под этим небом: войну. Воистину, Творец сам же отвернулся от своего творения, ничем иным я не могу объяснить…

Я стараюсь не смотреть в сторону лорда Авертера, а он не смотрит на меня, его взгляд устремлён куда-то сквозь, возможно, он вообще меня не слышит. Впрочем, мы договаривались, что я буду читать ему письма вслух для лучшего восприятия, а не о том, что он будет их внимательно слушать… Наверняка ему всё это надоело: и разговоры со мной, и мои просьбы и моё присутствие.

Когда с кувшинами было покончено — шестьдесят четыре штуки превратились в уродливые и бесполезные черепки (было бы чем гордиться, вот если бы он их вылепил…), брат решил усложнить себе цель: завязал Тосу на спину одну из сестриных плюшевых игрушек. Я увидела и вмешалась слишком поздно. И теперь моего единственного друга больше нет.

Иногда мне кажется, будто я приёмный ребёнок. Все эти люди мне чужды, их увлечения, их пристрастия, даже их сочувствие кажутся надуманными и фальшивыми. Я вспоминаю, как увидела тебя в первый раз, тогда, на приёме. Ты был… совершенно другой. Настоящий. Это было, как выстрел, раздавшийся над ухом, оглушительное осознание, за которым последовала абсолютная тишина. Я перестала воспринимать окружающий мир на какое-то время, его звуки, суету, даже лица людей, превратившиеся в нелепые цветные мельтешащие пятна. Только ты.

В самом деле. Нет никакой причины постоянно пытаться встречаться с ним и придумывать поводы задержаться. Лорд Авертер считает меня недостойной, осуждает меня и мою жизнь. Надо дочитать это письмо, а потом уйти и больше не приходить к нему самой. Никогда.