Книга Женщина для утех семьи Бэкхейм, страница 262 – Ефимия Летова

Римии пришлось не просто, но сейчас её жизнь наладилась. Знала бы ты, как я хочу видеть её чаще, но не рискую навлечь на себя подозрения, не рискую рассказать ей правду, уверенный в том, что она и на порог меня потом не пустит. Можешь себе представить, как старуха-судьба хохотала в голос — малышка вышла замуж за внука Викона, того самого, которого я видел своим преемником. Он достойный молодой человек, и наша девочка будет с ним счастлива, теперь-то я в этом уверен. Представляешь, Викон завещал ей твоё рубиновое кольцо, то самое, что ты передала ему для меня…

Наша Римия ещё не знает о том, какая кровь течёт в её жилах, какой жизни она достойна просто по праву своего рождения. Я мог бы озолотить её, мой Орден богат, я богат, но это богатство не принесло мне счастья. Обдумав всё, я позволил ей строить свою жизнь самой, а не преподносить всё на блюдечке, потому что решил, что ей нужно именно это — найти свой собственный путь. Лишь немного помог, смею надеяться, обрести свободу, независимость, любовь, но это было лишь осторожное, бережное прикосновение к её судьбе, а не властный указующий жест того, кто так часто самодовольно мечтал стать наместником Творца на земле. И теперь я вижу, что всё сделал правильно, даже тогда, когда придержал на год рвущегося к ней Аверта Бэкхейма. Понимаю, это звучит глупо, но я хотел быть уверенным в том, что его чувства серьёзны, в том, что наша девочка для него не случайный каприз. Теперь я в этом уверен, и моё сердце спокойно.

Как долго я не решался написать тебе! Столько бессонных ночей прошло, но потом я узнал о смерти твоего супруга — прими мои соболезнования, я не торжествую и не злорадствую, упаси Изначальный, — и вот я всё же пишу, а мои пальцы дрожат, точно листья на осеннем ветру.

Рими, умная славная девочка, переняла от тебя не только красоту и очарование, но и любовь к загадкам и тайнам. Она легко разгадала то, о чём мы говорили с тобой перед твоим отъездом. Разумеется, малышка никому ничего не скажет, не скажу и я, но какая же она умница! И Аверт Бэкхейм… После поступка Викона я предпочёл бы никогда не слышать эту фамилию, но дети, наши дети ни в чём не виноваты. И если они полюбили друг друга — что с того? Авертеру было так трудно сказать мне о том, что он оставляет Орден ради любви к женщине, а я молчал, слушая его, и не мог ответить, что безмерно завидую ему. Его молодости, его счастью, его возможности выбирать. Но эта зависть была не разрушающим, а созидающим чувством.

Мне кажется, этому деятельному и неглупому молодому человеку не стоит засиживаться на одном месте. Формально к Ордену он больше не принадлежит, но я давно уже подумывал об одном совместном с азланцами детище, это будет связано с поддержкой нищих и сирот из обеих стран. Всё почти готово, подумываю предложить нашим детям заняться этой работой. Им обоим будет куда направить свои силы, и к тому же Рими никогда не видела Штормового моря, а азланские пляжи так похожи на ирталийские! Если ты захочешь… вы сможете увидеться. Познакомиться. Но решать тебе.

Я и сам мог бы приехать, но… наверное, лучше оставить всё как есть, моя Мири. Наше время, моё время ушло безвозвратно. Я счастлив, понимая, что есть Римия, что переплетение наших с тобой судеб продолжает существовать в ней, и — даст Изначальный — продолжится в её детях.