Онлайн книга «Гори со мной»
|
— И что? — И… Не могу сдержаться… Глава 22 Ирина Рай Что может быть озабоченнее двух выпивших людей, которых тянет друг к другу? Только два озабоченных выпивших человека, которые влюблены друг в друга со школьной скамьи, но всю жизнь молчали, опасаясь рваных ран на сердце… Вдох-выдох. У меня сердце бушует внутри так, словно все черти лезут наружу. Решили устроить танцы на костях. Только меня забыли спросить… Я не могу бороться с тем, что к нему чувствую, хотя очень хочу ударить его прямо сейчас. Потому что он меня жмёт и давит. Практически как маленькую блоху. Будто я не чувствую и не понимаю его намерений. А между тем поцелуи всё выразительнее. Откровеннее. Сочнее. И губы его, словно колючие отметины, опускаются на мои скулы и шею, заставляя меня испытывать тянущую боль в своём животе. Снова… И снова... Даже кажется, что сейчас разорвёт на части. Перемелет. В труху. Я уж молчу про руки, которые задрали платье так, что я почти голая внизу, и он начинает трогать меня. Трогать прямо там, выдыхая в рот все свои бессовестные желания. Без слов… Одним только дыханием и напряжением, что нарастает между нами. Я чувствую, что бельё становится мокрым под натиском его пальцев. Как он скользит там ими… И как по-ненормальному рвёт мою крышу от этого. У меня всё дрожит и вибрирует. Тело словно под гипнозом. Я прикусываю губу до крови. Всё ещё сдерживаю его, потому что голова как чумная, кружится и так много мыслей. Просто хаос. И хочется кричать от переизбытка эмоций и чувств. Но он буквально как австралопитек, блин, когда выпьет. Чёртов дикарь с дубиной в штанах. Я даже додумать не успеваю, как он дёргает за ремень, чтобы вытащить её, а у меня начинается паника, разумеется. Я не готова. И не здесь же это делать, Господи. На столе его кухни. Что у него вообще в голове сейчас? Хотя, чего я спрашиваю? Мы оба в говно и нас слишком тянет друг к другу, чтобы противиться этому притяжению. Но это сведёт меня с ума. Если вот так… Если мы сейчас сделаем то, о чём я потом буду точно жалеть. Отталкивая его от себя и пыхтя на всю кухню, держу за стальные мышцы на его плечах и практически царапаю его кожу. Въедаюсь до полос. Всё ему нафиг раздеру, если не остановится. Ощущаю, какой он весь кипяточный. Какой напористый. Но душа буквально воет, чтобы остановилась. Чтобы прекратила это безумие… Которое бурным потоком льётся по моим венам, вызывая чесотку по всему телу. — Бессонов… — выдыхаю еле слышно. В перерывах между тем, как его язык собирает мурашки с моей шеи. — Что? Ну что? Ты же хочешь… Я чувствую всё. Не противься, а… — Хочу, но не так… Лёша… — Блядь… Да ты мокрая вся… — словно сумасшедший выдыхает, въедаясь в мою шею грубыми засосами, и я уже просто не выдерживаю. — Нет, не так… Нет! — взрываюсь и смотрю на него волком, спрыгивая со столешницы и поправляя своё платье. — Пока не заслужишь моё прощение, ничего не будет… Ничего! — выпаливаю, сама от себя не ожидая, пока он таращится на меня, приподняв одну бровь. Напрягается весь. Вытянувшись передо мной и расправив свои плечи, в итоге становится в полтора раза больше, чем был, блин. Просто гигантским. Что он там год делал? Качался, не переставая? Как же я злюсь на него. Ведь обещал мне! А чуть не повелась, блин! — Так… И как мне это сделать? |