Книга Ты меня предала, страница 34 – Екатерина Котлярова

— Какая узкая. Как целка. Как девочка. Давно мужика не было? — с насмешкой и превосходством говорит Алексей.

И меня в тот же миг накрывает ярость. Меня будто ледяной водой обливают с ног до головы. Я на миг прихожу в себя.

— Пустите! — шиплю, ладошками со всех сил давлю на плечи.

Даже если я причиню ему боль, меня сейчас это не волнует. Только бы отодвинуть от себя этого нахала, только бы вырваться из пучины страсти. Поглощающей, пожирающей страсти.

Но к моему рту вновь прижимаются жадные губы. Алексей больно прикусывает их, оттягивает. С ещё большим остервенением, чем до этого. Он будто решил меня откусить от меня кусочек.

В это время пальцы мужчины распирают изнутри, ласкают стенки. Насаживают на пальцы раз за разом, заставляя подаваться навстречу против воли. Вопреки доводам разума. Я прикрываю глаза, только бы не видеть лица, нависшего надо мной мужчины.

— Какая горячая девочка. Какая отзывчивая, — хрипит, кусая запрокинутую назад шею.

А следом проходя языком по местам укуса.

— Сладкая блять. Сука. Околдовала, — рычит, водя носом по моей коже.

Его большой палец давит на клитор. Заставляет вскрикнуть и взорваться, затрястись, сжимая стенками его пальцы.

— Да, девочка. Да. Молодец.

Я не заметила, как распахнула глаза. Но я смотрю в лицо нависшего надо мной мужчины, теряю себя на дне черных зрачков. Вижу в них собственное отражение.

Он улыбается. Как завоеватель. Снова прижимается поцелуем к моим губам. И ловит каждый мой стон, вырывающийся изо рта, пока его пальцы продлевают мой оргазм. Я сжимаю бёдрами его руку и прикусываю губу Алексея, чувствуя, как на языке разливается вкус его крови.

И слышу хриплый смех мужчины. Он вытягивается на руках и окидывает моё распластанное на кушетке тело жадным, одержимым взглядом.

Я вскрикиваю, когда сильные жёсткие руки переворачивают меня на живот, резко вздергивает бёдра вверх, выставляя меня в удобную и совершенно бесстыдную позу. Я чувствую, как обнажённых бёдер касается холодный воздух. Как моя влажная плоть раскрывается перед мужчиной, не оставляя простора для фантазии. Я широко распахиваю глаза и давлюсь вскриком, когда на нежную кожу ягодиц обрушивается шлепок. Не сильный, но чувствительный. Оставляющий на нежной коже пылающий след.

— Что Вы творите? Прекратите немедленно! — шепчу в бессилии.

Над верхней губой выступают капли пота, вся спина покрывается испариной. Я беспомощно пытаюсь ухватиться пальцами хоть за что-то. Но только бестолково хватаю воздух.

— Что я делаю, девочка? — смеётся хрипло, дыханием опаляя мои ягодицы. — Собираюсь тебя трахнуть!

Я вскрикиваю, когда пальцы Алексея снова проводят по влажным складкам. Когда резко врываются внутрь, распирают, снова доводят до сумасшествия.

Из моей груди вырывается разочарованный стон, когда чувствую пустоту в развилке между бёдрами. Я подаюсь назад. Бесстыдно и развратно.

Рука Алексея обхватывает заднюю поверхность шеи, сжимает. Мужчина заставляет лицом уткнуться в кушетку. Слышу лязг пряжки ремня.

— Боже мой, — выдыхаю со стоном, когда по влажным лепесткам проводит головка члена.

Мне кажется, что внутри меня вспыхнул самый настоящий пожар. Моя кровь превратилась в расплавленное жидкое золото, несётся по крови.

— Сладкая блять.

Резкий рывок и горячий толстый член заполняет меня, распирает стенки лона, заставляя закричать, вытянуть руки вперёд, в попытке хоть за что-то уцепиться.