Книга Все недостающие фрагменты, страница 32 – Кэтрин Коулc

Я решила не пользоваться электроприводом велосипеда, а просто выехала с подъездной дорожки Эмерсон и направилась к своему временному дому. Знала, что мне нужен дискомфорт, чтобы усмирить бушующие эмоции.

Слова Кольта эхом отдавались в моей голове.

«Ты мразь».

Может, и так. Может, я была еще хуже. Самой низшей из низких. И не только за то, что напомнила Эмерсон о худших моментах ее жизни, но и за то, что бросила свою сестру, когда она больше всего во мне нуждалась.

Мои легкие горели, когда я подъехала к кемпингу и остановила велосипед. На мгновение я замерла, просто дыша. Дышала ради нее и ради себя, как и всегда.

Порылась в рюкзаке и достала ключи. Серебряное кольцо для ключей сверкнуло в солнечном свете. Я провела кончиком пальца по клюшкам для лакросса, которые лежали у меня на ладони.

— Мне так жаль, Эвс. Ты даже не представляешь, насколько.

В сумке зазвонил телефон, и я вытащила его из кармана. На экране вспыхнуло новое сообщение.

Марша: Вижу, уже новый город. Надеюсь, они знают, как им повезло, что ты с ними работаешь. Будь осторожна, но сделай это.

Давление за глазами усилилось, торнадо эмоций жаждало вырваться на свободу. Одна-единственная доброта на фоне всего этого безобразия чуть не сломала меня. Но я не позволила.

Я: Не самый теплый прием в моей жизни.

На несколько секунд появились три точки.

Марша: Если я правильно помню, я была не слишком довольна, когда Джон привел тебя домой в тот день.

У меня вырвался смешок, когда в памяти всплыли ее колоритные ругательства, а также ее обещание заставить мужа спать в конуре за то, что он пообещал дать мне интервью.

Но когда я рассказала Марше Росс немного из своей истории, она смягчилась, слезы наполнили ее глаза от моей потери. И когда я закончила рассказывать, как сильно хочу добиться справедливости для ее дочери, пропавшей в кампусе местного колледжа, она согласилась на интервью.

Это было первое дело, которое я раскрыла. Первое, в котором я помогла посадить монстра. Оно дало мне надежду на то, что я могу что-то изменить.

Новое сообщение вырвало меня из вихря воспоминаний.

Марша: Если ты дашь им знать о своем прекрасном сердце, о своем духе воина, они все будут на твоей стороне. И поймут, как им чертовски повезло, что ты стала их защитницей.

Давление вернулось, вгрызаясь в тело, требуя освобождения. Я с такой же силой оттолкнула его, стараясь зарыть поглубже. Обычно я не делилась своей историей с людьми, у которых брала интервью, только если чувствовала, что им это нужно. Чтобы знать, что они находятся в руках того, кто тоже прошел этот путь. Но за это всегда приходилось платить. Цена, которую я готова была заплатить каждый раз, если это помогало кому-то еще.

Вот только я не была уверена, что Колтер Брукс готов меня выслушать. Он уже нарисовал меня в своем воображении. Искал только уродливое и злое, а не возможное добро.

И это было нормально. Он мог думать, что хочет. Я все равно собиралась найти для него успокоение.

Не только для него. Для Эмерсон. И для многих других.

Я: Спасибо за напоминание. Очень тебе благодарна. Обними за меня Люси и Джона.

Марша:Обязательно. Если сможешь, пришли мне почтовый адрес. Я пришлю тебе дюжину мятных печенек.

Я улыбнулась, глядя на свой телефон. Конечно, пришлет. Она стала мне второй мамой на этом пути. Следила за каждым моим шагом и поддерживала меня. На фоне того, что моя собственная мать никогда не признавала того, что я делала, это было настоящим утешением. Она никогда не узнает, насколько сильно.