Книга Мия. В Лабиринте, страница 130 – VIOLATOR, Devi Ant

— Простите, если обидела вас. — Искренне. — Но я и правда не это имела в виду. Я сегодня позвоню Рою и поблагодарю его за подарок.

Лин некоторое время смотрит на меня. Но наконец коротко кивает и переключается на прежнюю тему.

— Завтра у нас встреча с организаторами из свадебного агентства. — Спокойным тоном. — Будем разрабатывать концепцию торжества. Они профи. Умеют справляться с невозможным в кратчайшие сроки. Лучшие из лучших в Азии. Обслуживают элиту.

Я слушаю. Киваю. Задаю наводящие вопросы. И понимаю — мой эксперимент над собой окажется сложнее, чем я предполагала.

— Не показывать и не поднимать мизинец…

Я сижу в кабинете Лин семейной резиденции Хангов с планшетом в руках и внимательно слушаю профессора Кэрол Минг. Строгую китаянку в безупречном деловом костюме, вице-канцлера [проректора] гуманитарного направления в одном из престижнейших университетов Гонконга. Рядом сидит Лин. По ее словам, Минг лучшая из лучших, кто разбирается в азиатском этикете.

Не сомневаюсь в ее оценке. Прежде чем перейти в кабинет, меня учили сначала чайной церемонии, затем азиатскому столовому этикету. И тонкостей там столько, что к вечеру голова гудит. Но я не жалуюсь. Во-первый, знать обычаи другой страны всегда полезно. Во-вторых, отвлекает от ненужных мыслей.

— В Европе тоже не принято демонстрировать мизинец… — записывая в планшет.

— Другая коннотация, — поправляет. — Показ мизинца означает, что вы считаете другого человека слабым и никчемным, поскольку это самый маленький, последний палец на руке.

— Слабый и никчемный… — записываю в планшет.

Кэрол сидит в кресле напротив, в зоне отдыха, рядом с ней всевидящее око Лин, а я ловлю вайб школьницы в кабинете у директора. Стола только не хватает и прочего школьного сеттинга.

— Подарки дарят и принимают обеими руками, — следующим пунктом, и я прилежно записываю.

Прошло больше недели с момента моего решения уйти к Рою. И чем больше я погружаюсь в свадебную суету, тем отчетливее понимаю — с каждым днем меня затягивает все глубже в среду Роя. А это значит «сложнее выбраться». Особенно сейчас, когда Тенет ушел со всех радаров и будто перестал для меня существовать. Но я не сопротивляюсь. Иду намеченным курсом эксперимента над собой.

— Никакой чрезмерной жестикуляции и поз «руки на бедрах».

— Скажите это испанцам и итальянцам, — не без иронии.

Лин строго смотрит на меня, и я стираю улыбку с лица. Понимаю, что члены Familia Real вряд ли размахивают руками и стоят «руки в боки».

— И следите за ступнями.

— Ступнями… — машинально бросаю взгляд на туфли. Чистые.

— Считается невежливым направлять ноги в сторону другого человека, показывать подошву или касаться кого-либо ногами.

В графу «forbidden» [запрещено] записываю очередной пункт культурных тонкостей.

— Публичные проявления привязанности не одобряются.

Этот пункт мне знаком. Но записываю, чтобы не нервировать лишний раз Лин с ее взглядом «посерьезнее, Мия».

— Еще один важный момент. В китайской культуре длительный зрительный контакт может быть воспринят как агрессия или конфронтация. Это контрастирует с западными культурами, где поддержание зрительного контакта часто ценится как признак открытости, уверенности и, порой, напористости.

А вот с этим я не знакома. Привыкла смотреть «глаза в глаза».