Книга Мия. Гравитация Vs Свобода, страница 41 – Devi Ant

Правда, араб остается серьезным. Видимо, не хочет идти на условия, которые ему предлагают.

Поднимая руку, поправляю волосы от ветра и мой черный браслет становится виден. Что не уходит от внимания европейца с русыми волосами. Продолжаю ловить его взгляд. И не могу ухватить суть. Брюнет тоже рассматривает меня странным образом. Задумчиво. Он вообще ведет себя как-то отстраненно на протяжении всей беседы. Больше похож на наблюдателя. Собственно, как и Айс.

— Пора, — первым встает араб. Будто торопится. Надеюсь, не я со своим критическим выступлением стала причиной.

Гости не возражают, как и Айслер. Я тоже встаю. На секунду зависаю, не зная куда направиться. Я здесь не хозяйка, чтобы провожать гостей. Поэтому решаю вернуться к себе. Все равно важные вопросы уже решены. А политес прощания не носит информативной полезности для меня.

— Была рада познакомиться. — Вежливо. Но не без иронии. Их имен мне так и не назвали. Так и хочется добавить «мистер Х и мистер Y»

— Мы тоже, Мия. — Кивает европеец с перстнем. Брюнет мажет по мне взглядом. Видимо, таким образом попрощался.

Ну и мне пора. Разворачиваюсь и иду в салон к частному лифту, играясь с кольцом. Правда, вынуждена задержаться. Перстень выскользнул из пальцев на ковролин, и я, присев, нащупываю его ладонью в тусклой подсветке.

— Перспективная девочка, — внезапно слышу голос светловолосого.

Резко оборачиваюсь. Если араб с итальянцем ушли первыми, европейцы, как я их назвала, задержались и сейчас не спеша направляются к лестнице вместе с хозяином «Ледника».

— Но она не в теме… — констатация от брюнета.

А вот это уже интересно. В какой теме?

— Тормозит, — отвечает Айслер.

В смысле торможу? — первая реакция, а вторая мысль: — Да я всегда готова ко всему новому и перспективному! Просто у меня нет достаточно материального ресурса достичь быстрого результата самостоятельно.

— Привози ее зимой в горы. — Светловолосый. — Будет интересно посмотреть.

На что?

— Да, Планирую… — Айслер что-то продолжает говорить, но я уже не слышу.

Поднимаюсь наверх. Наблюдаю за отбытием гостей. Анализирую.

И все же, что значит его «тормозит»…

Как только гости покидают яхту, хозяин «Ледника» исчезает в его недрах, а я возвращаюсь в спальню. Ложусь в постель. Играю пальцами с перстнем. Другой рукой перебираю, словно четки, браслет с ведьминым камнем. Интересная встреча. Интересное каре. Есть над чем подумть.

Просыпаюсь я от яркого света. Резко открываю глаза, но тут же зажмуриваюсь. Из окна, что я вновь оставила открытым, бьет яркое солнце. В ладони зажата ювелирка — я так с ней и заснула, размышляя на тему визитеров и их слов «она не в теме» и «привози ее в горы».

Сажусь на постели. Поправляя спутанные волосы, по обыкновению зависаю, вспоминая сон. Был. Точно помню. Был. И очень важно его вспомнить после ночных событий. Хватаю память в тиски сознания и появляются отдельные кадры. Урывками. Как пазлы.

Улица безликого мегаполиса. Очертания смазаны. По тротуару спешат люди. Обычные обыватели. Их силуэты и лица тоже расплывчаты.

Внезапно в этой размытой толпе мелькает девочка в ярком оранжевом платье. Смотрит на меня разноцветными глазами. Моими глазами. Улыбается моей улыбкой. Узнаю себя в детстве. Иду к ней, но она исчезает, а вместе с ней и обрывается кадр сна.