Книга Измена. Второй шанс на любовь, страница 81 – Юлия Мелихова

Подол моего сарафана уже съеден безжалостной песочной массой. Как бабочка в смоле. Но я борюсь, пока силы есть, барахтаюсь. Устаю, но не сдаюсь.

«Вика, девочка моя, иди ко мне, вернись…» слышу голос отчаянный и надрывный, просящий, умоляющий.

Кручу головой, но никого не вижу, поворачиваюсь назад и узнаю в мужчине Дениса, он тянет ко мне руки, я свои протягиваю, хватаюсь за него крепко…Но песок настолько меня поглотил, что надежда выбраться меня покидают. Изо всех сил цепляюсь за руки мужские…

А потом картинка происходящего размывается, всё вокруг становится таким неясным… Мужские руки исчезают…

* * *

— Ну вот, милая моя, ты проснулась. Давай открывай глазки. Тебя тут заждались.

Я пытаюсь поднять веки, но они такие тяжёлые и непослушные.

— Давай-давай, Вика, — ласковый женский голос будит меня. — Хватит спать.

Хочу что-то сказать, но во рту так сухо и губы раскрыть не могу.

— Сейчас я смочу твои губы, пить пока, что нельзя, потерпи.

Чувствую, как мои губы смочили водой. Жажду утолить хочется. С трудом разлепляю веки и прищуриваюсь, пытаясь понять, где я. Запах лекарств и пищащие аппараты — я в больнице, точно.

Всё вокруг размытое, что фокус навести не получается.

— Лежи, деточка. Ты в больнице. Я сейчас позову врача, и близких твоих оповещу. Они тут, все ждут твоего пробуждения. Заставила ты нас всех поволноваться.

Фигура женщины исчезает за дверью.

Почему я в больнице? Не могу вспомнить ничего. Пытаюсь…пытаюсь.

А когда приходит врач, то он и сообщает, как и с чем я попала в больницу. У меня сотрясение, достаточно серьёзное, и перелом правой руки, плюс трещина в рёбрах.

В голове начинают мелькать картинки. Суд, развод, Андрей, Денис, стычка. Мои попытки их успокоить и машина на переходе. Чёрные волосы водителя, боль, темнота.

Голова начинает гудеть с новой силой, тошнит и мутит.

— Я всё помню доктор. Я всё помню… Можно мне попить немного?

— Вот и хорошо, что вы все помните. Пейте, — протягивает тонкую трубочку к моим губам. — несколько глотков, позднее ещё попьёте. Пока что вы слишком слабы и вставать нельзя. Только постельный режим. В коридоре посетители, я разрешу им зайти, по одному, но совсем не надолго.

Я так сильно хочу пить, что дрожащими губами обхватываю трубочку, торчащую из поильника, и делаю несколько мелких глотков. Дверь за доктором закрывается и входит первый посетитель. Андрей.

Его щёки покрыты сильно отросшей щетиной, лицо очень уставшее, серо — бледного цвета. Плечи сгорблены.

— Привет, — уставший голос. С нотками вины, тихий.

Смотрю в глаза своему бывшему мужу. Белки покрасневшие.

— Вика, как ты? Что болит? Я понимаю, что тебе нельзя волноваться и много разговаривать. Можешь просто кивать. Я всё решил. Остальное потом. Прости меня ещё раз.

И я киваю ему, отвечая на вопросы так. Смотрю на него внимательно. Он как будто постарел.

А потом дверь палаты с тихим скрипом открывается, и ещё одна мужская фигура вырастает в проёме. Торопит Андрея.

— Поправляйся, — вставая и исчезая в коридоре.

Денис медленно осматривает меня. В его глазах боль и сожаление. Молча садится на стул рядом с кроватью. Подкладывает под мою левую, целую руку, свою ладонь и бережно трогает мои пальцы своими. Смотрит, не отрываясь, в глаза. И гладит, гладит.

— Прости Молчунья. Я дурак.