Книга Книжный в сердце Парижа, страница 49 – Лоренца Джентиле

Все трое обступили меня и смотрят с участием.

— Поедешь на завтрашнем поезде, – предлагает Виктор.

— Сможешь провести больше времени со своей тетей, – добавляет Юлия.

— И вообще, что может измениться за два дня? – вторит ей Бен.

На завтрашний вечерний поезд осталось всего одно место.

— Какие альтернативы у меня еще есть?

— Единственная альтернатива – это не выбирать в принципе, – говорит Юлия.

Но это невозможно. Естественно, я не могу позволить себе пропустить еще один рабочий день. Я бронирую место на завтра.

«Дорогая, мне жаль, что так получилось. Не могла бы ты все же взглянуть на исследование рынка и отчет из лаборатории и прислать мне несколько предложений?» – пишет Вероника.

Да, конечно.

Мне льстит, что она интересуется моим мнением. В офисе у меня часто создается впечатление, будто она делает это только потому, что я сижу перед ней, как золотистый ретривер в ожидании, когда ему бросят палку. Как заботливая хозяйка, она никогда не бросает слишком далеко, и, когда я приношу палку обратно, она едва благодарит меня. Я могу быть полезной и отсюда, говорю я себе, но мне нужны пространство и тишина, чтобы сосредоточиться. Кто смог бы решить судоку в такой ситуации? Я сделаю это позже, когда останусь одна.

Сегодня снова солнечный день и дует теплый ветерок. Передо мной, размахивая руками и отпуская громкие шутки, быстро следуют Бен, Юлия и Виктор. Я обнимаю взглядом Нотр-Дам, дышу Парижем. Я чувствую себя одинокой, но при этом ощущаю себя частью сообщества. Только когда мы переходим мост, я понимаю, что даже не обратила внимания на его высоту. Мне приходит на ум Генри Миллер: пансионы с клопами, где он проводил свои дни, его «жизнь с риском стать каннибалом». Интересно, что подумала бы об этом тетя?

Лестница на станции «Сите» как будто ведет к центру Земли. Когда мы заходим внутрь, все трое перепрыгивают через турникет. Я собиралась купить билет, но мои спутники уже исчезли в конце коридора. Я оглядываюсь по сторонам и, удостоверившись, что никто не смотрит, тоже перемахиваю через перекладину. Прилив адреналина придает мне сил, когда я пытаюсь догнать остальных. Бен купил букет красных роз и четыре круассана, которые мы съедаем на платформе.

Пер-Лашез больше похоже на парк, чем на кладбище. Карта у входа помогает нам сориентироваться. Здесь похоронено множество знаменитостей: Мария Каллас, Пруст, Модильяни, Джим Моррисон, Колетт, Камю, Оскар Уайльд…

Надгробия имеют форму храмов и домов, многие из них украшены статуями. Здесь царит готическая, спокойная атмосфера. Я стараюсь не сравнивать это место с кладбищем моего брата, стараюсь не думать о том, что мы поедем туда второго июля. И меня охватывает грусть, когда я слышу негромкое пение Юлии:

— Когда он обнимает меня… и шепчет мне на ухо, я вижу жизнь в розовом цвете…

Мы ищем могилу Эдит Пиаф. Я следую за своими новыми друзьями – перекати-поле по мощеным дорожкам в обрамлении каштановых деревьев.

— Он говорит мне о любви, это простые, повседневные слова, и со мною что-то происходит… – Бен тоже запевает густым баритоном. – В мое сердце вошла частичка счастья, и я знаю тому причину…

Солнце пробивается сквозь изумрудные листья и освещает мрамор надгробий, излучая тепло. Сладкие ноты песни эхом разносятся по кладбищу.