Книга За твоей улыбкой, страница 47 – Тата Кит

— Нет. Подожди… А ты откуда знаешь?

— Видела как-то раз в окно. Ты с такой улыбочкой из той машины вышла… - мама мечтательно улыбнулась. – А потом я видела, как тебя какой-то мужчина к подъезду подвёл. Ну, помнишь, когда папа приходил?... И машина та же черная была. Но я сделала вид, что ничего не знаю. Потому что после того случая больше не видела, чтобы он тебя привозил. Поругались?

— Мам, он простой посетитель кафе. Просто воспитанный. Слишком.

— Простой посетитель, говоришь? Ну-ну, - загадочно хмыкнула мама.

Я предпочла сделать вид, что этого разговора не было. Как и того приятного общения с «простым посетителем».

В хозяйственном магазине мама, целиком смущенная вниманием продавца, который мнил себя Тарзаном, нося футболки с вырезом почти до солнечного сплетения, ходила между рядами и задавала всяческие вопросы относительно товаров. А я, знающая и помнящая за чем мы сюда пришли, набрала всё необходимое в корзину и несколько минут ждала, когда мама вдоволь нафлиртуется с продавцом, чьи волосы медного цвета были длиннее моих.

Мне нравилось, как тактично он обращался с мамой. Он ведь на самом деле оказывал ей знаки внимания, а однажды, когда я пришла в магазин одна, поинтересовался, почему я без подруги.

Наивный потенциальный отчим, не шути так…

Чтобы не смущать маму наблюдением со стороны, я открыла чат с Асей и узнала, что ничего непредвиденного сегодня на парах не случилось. Меня отметили, как присутствующую. К счастью, спрашивали только на первой «сонной» паре.

— Такой он интересный, - подразнила я маму, когда мы вышли из магазина, где перед тем, как нас отпустить, продавец отдал маме пакет, подмигнул и дал понять, что будет рад её видеть не только в стенах магазина.

— У него, наверное, не все дома.

— Почему? – хохотнула я.

— А какой парень в своём уме будет клеить сорокалетнюю старушку? К тому же лысую.

— Ну-у… может, он ценитель экстравагантного раритета? – предположила я и сразу стартанула с места, чтобы убежать, но мама всё равно успела шлепнуть мне по заднице. – Эй! – воскликнула я нарочито возмущенно и прикрыла пятую точку ладонью, вновь приближаясь к маме. – Насилие относительно семьи должно быть уютным – домашним.

— Гадость какая, - хохотнула мама.

— Кстати, о гадости… Может, купим какую-нибудь гадость на обед и ужин, чтобы не готовить?

— Типа, пирожок на ж/д вокзале?

— Ну, не настолько, мам. Типа, лапшичку. Или пельмени. Сосиски, в конце концов, можно в духовке сжечь попробовать.

— Может, мы лучше пиццу в духовке сожжем? Собирались же на обед приготовить.

— О! И пиццу купим. Я знаю место, где тесто тоненькое-тоненькое, а начинки прям дофига.

— Ну, если так. Всяко лучше привокзального пирожка.

— И, кстати, то кафе с лучшей в мире пиццей находится у вокзала.

— Марьяш! – мама даже остановилась, чтобы повозмущаться. – Ты серьёзно?!

— Клянусь, ни один привокзальный бомж не приложил руку к готовке в той пиццерии.

— А остальное? Руку не приложил. Может, другое что приложил!

— Мама, общение с сексуальным продавцом дурно влияет на твою фантазию. Уймись, женщина. Вон, аж раскраснелась вся, - я игриво подмигнула маме и взяла её под руку, на что она мягко толкнула меня и смущенно улыбнулась. – Заодно по городу на бусике прокатимся. Считай, что прогулялись.