Книга Измена. Я тебя прощаю, страница 22 – Тина Джель

Одёргиваю себя и пытаюсь собраться с мыслями: у Пети ключи, кто ещё? Жаль, что Олли нет, с ней как-то всегда спокойнее. Она до звонка гостя чувствует и даёт время на подготовку.

Собираю в кулак всё своё мужество и смотрю в домофон — Эля.

Чёрт!

Чуть с ума не сошла от перенапряжения. Выдыхаю…

Элька забегает и сразу пытается заграбастать меня в свои объятия:

— Иди сюда моя хорошая, — разводит руки, — обниму тебя. Можешь даже поплакать у меня на груди, разрешаю. Тебе сегодня всё можно.

— Не надо Эль, — делаю шаг назад, — наплакалась я уже. Не жалей меня. Помоги лучше собраться, а то я подвисаю страшно, никак с мыслями собраться не могу.

Ничего не спрашивает больше, бодрым шагом профланировала в дом, даже есть не попросила.

— Куда намылилась?

— На гастроли пока, а там посмотрим…

— Надолго?

Вот чувствую, что не это она хочет у меня сейчас спросить, но терпит. Из последних сил терпит.

Поворачиваюсь к ней и сама озвучиваю то, о чём даже думать не хотела:

— Петя мне изменяет, — вздыхаю, тяжело мне это сейчас говорить, но надо. Чувствую, что надо проговорить всё. Для себя. Проговорить и поверить во всё это окончательно, — с сестрой изменяет. С Зоей и ещё наверное с кем-нибудь, — развожу руки открываясь. смотрю на неё. Жду.

— Поплакать точно не хочешь? — хлопает по своей груди…

— Нет, — отрицательно мотаю головой. — Не хочу. И времени у меня в обрез. Не до слёз мне сейчас.

— Ты надолго? — без лишних слов она начинает складывать мои вещи в чемодан отработанными движениями.

Когда-то мы вместе занимались балетом. Но в пубертатный период она резко поправилась и всё забросила. Сказала, что с такой большой задницей её только в стриптиз возьмут, но она к этому пока не готова. Не настолько у неё всё плохо и не так сильно она влюблена в танцы.

— Примерно на месяц, может чуть меньше. Не уточняла. Я не должна была ехать, я вообще там третьим составом у них стояла. Да и не хотела я …., - начинаю опять раскисать вспоминая мужа, но беру себя в руки, — там кто-то не смог и Венер подсуетился.

— Это тот петух крашеный?

— Эль, я посмотрела на неё укоризненно, — он артист. Забыла что ли как им непросто по жизни идти? — хотела пошутить, но получилось, кажется, не очень. С такой кислой миной, как у меня сейчас, шутить вообще противопоказано.

Она махнула рукой:

— Ладно, потом куда?

— Не знаю. Подыщу себе за это время что-нибудь.

— А я знаю, — она встала, упёрла руки в бока, и в упор на меня посмотрела, — у тебя дом есть и квартира есть. Даже не думай ничего искать. Муж твой пусть ищет себе жильё и сестра твоя — змея подколодная, пусть выметается из твоей квартиры. Я ей сама позвоню и всё ей скажу. И Зое позвоню. Дин, прости меня, — она всхлипнула, — я ведь знала, что она сволочь хорошая, но даже представить не могла, что она до такого опустится.

Я обняла её:

— Тебе нельзя волноваться, успокойся, — погладила её красивый животик…

— Мой проглот, парень закалённый, — она фыркнула сквозь слёзы, — к маминым истерикам привык. Кремень парень будет. — вытирает слёзы тыльной стороной ладони.

— Дать сопливчик?

— Давай, и себе возьми. Да побольше… — Узнаю неунывающую подругу.

Наконец исчезло напряжение, витавшее между нами, когда она зашла. И мы дружно высморкавшись, продолжили мои сборы.