Книга Верну тебя, бывшая жена, страница 82 – Лена Голд

Мы с Арсланом остаёмся вдвоём. Так и смотрю на огни Босфора. На корабли, которые ползут по чёрной воде, как светлячки. Арслан сидит напротив, крутит в руке бокал с водой.

— Регина, — начинает глухим, непривычным голосом. — Я должен кое-что сказать.

— Должен, — ответ звучит слишком резко. Но я устала ждать. Устала додумывать. Устала быть сильной, когда внутри буря.

Арслан поднимает на меня глаза. В них так и видна боль.

— Я дурак, — говорит он. — Идиот. Иначе не назовёшь. Я облажался, Регина.

Я молчу. Потому что это не объяснение своим поступкам. Это просто факт. Который я и так знаю.

— Я должен был тебе поверить, — продолжает. Слова даются ему тяжело, он будто выталкивает их из себя. — Должен был. Сразу. В ту ночь. Я должен был посмотреть на тебя и увидеть, что ты не врёшь. Что ты не способна на такое. Что ты любишь меня. А я... не увидел. Более того, поверил им, — зло усмехается. — Поверил фотографиям, поверил своим глазам, которые видели только то, что мне хотели показать. А тебя не увидел.

Я не знаю, что сказать. Да, Арслан принимает свои ошибки, однако это ничего не меняет.

Он замолкает. Смотрит в бокал. А я на него.

— Ударил тебя, — голос становится еще тише, почти хрипит. И, несмотря на то, что в ресторане достаточно шумно, я слышу каждое его слово: — Поднял руку на женщину, которую поклялся беречь. На мать своей дочери. Совершил грубейшую ошибку, позволил тебе уйти в ту ночь. А потом развелся, да. Другого выходу у меня не было на тот момент. Потому что я ждал, что к чему. Поступил так, будто вы для меня ничего не значите.

Арслан сжимает бокал так, что костяшки белеют.

— А вы значили всё. Всё, Регина. Но, как и Джан, был обязан держаться от вас подальше. Вести себя безразлично. Только бог знает, каких мне усилий пришлось для этого приложить.

Слёзы подступают к горлу, и я еле держусь, не позволяю им вырваться.

— Понятия не имею, как просить прощения, — говорит, поднимая на меня глаза. — Не знаю, имею ли я право его просить. Не знаю, сможешь ли ты когда-нибудь забыть то, что я сделал. Но я хочу попробовать. Если ты позволишь.

Тишина. Только музыка доносится до меня издалека. Весь остальной шум остается фоном.

— Когда узнал… Почему не сказал мне, что во всем виноваты в первую очередь мои родственники?

— А что это изменило бы, Регина? В первую очередь виноват я, что так слепота поверил в подставу. Хоть и на глубине души корил себя… Не справился с эмоциями. Когда открыл глаза… Было поздно. Да и я хотел узнать, как далеко зайдут враги. И боялся за Арину. Если не пощадили, похитили малыша, то… — Арслан качает головой. Отворачивается к окну. — Боялся, что с ней что-нибудь сделают. Сдался в какой-то момент.

Повернувшись боком, наблюдаю за дочерью.

Арслан прав… С ней могли бы сделать все, что угодно. Но не сделали, потому что бывший муж играл по их правилам.

— Я не хочу, чтобы они победили, — говорю наконец. — Дядя Фарид. Все, кто хотел нас разрушить. Я не хочу, чтобы моя дочь росла без отца. А еще не хочу быть одна, Арслан.

Он пристально смотрит на меня, понимающе кивает.

— Я не обещаю, что смогу забыть, — продолжаю. — Не обещаю, что не буду вспоминать ту ночь. Не обещаю, что смогу доверять тебе сразу и полностью. Но обещаю, что попробую. Если ты тоже попробуешь.