Книга Развод. Закон бумеранга, страница 70 – Анна Зубавина

— У вашего клиента есть основания? — вздернула брови судья, красивая, моложавая женщина бальзаковского возраста.

— Есть, — кивнул адвокат Артема. — И взял в руки стопку фотографий.

— Передайте, пожалуйста, сюда через секретаря судебного заседания.

Интересно, какой такой компромат на них запечатлен, что Артем решил предъявить его суду?

Судья просматривала фотографии, и лицо ее мрачнело.

Меня захлестнула паника. Да что это такое?! Хоть бы показали…

Судья будто прочитала мои мысли и попросила передать мне фотографии для ознакомления.

Я старалась сохранять спокойное выражение лица и следила за тем, чтобы не тряслись руки.

Так…

На первом фото разгромленная комната, страшный беспорядок… Мальчики с взъерошенными волосами и плаксивыми лицами, неодетые… А вот и я — неприбранная, в мятом заношенном халате. Отекшее лицо, набрякшие веки… Вид словно с тяжелого похмелья…

Еще одно фото: бардак на кухне, гора немытой посуды в раковине, смятое полотенце на полу, за столом плачущий Кирюшка в одной майке без трусиков…

Внутри нарастала волна протеста.

Артем специально подстроил «фотосессию»! Пришли с Вероникой, якобы забрать детей для прогулки. Я хорошо помнила этот день. Готовилась к переезду, все вытряхнула из шкафов. Маму увезли в больницу, было не до порядка… Вероника на сотовый снимала, не иначе. А Артем меня в это время расспросами отвлекал…

А вот фото с улыбающимися сыновьями на ультрасовременной кухне. Это в квартире Артема после ремонта. На столе торт, вазочка с конфетами. Вероника со счастливым лицом разливает по чашкам чай.

А вот тут мальчики в белоснежных пижамках раскинулись во сне на шикарной тахте. Над ними с умиротворенным лицом склонился Артем…

Я уже набрала в легкие воздуха, чтобы дать суду пояснения, но тут взгляд упал на последние фото, и я заледенела от ужаса.

На обочине дороги, возле остановки, из лужи, стоя на четвереньках, старалась выползти молодая женщина. Лицо, волосы и светлое пальто в брызгах грязи… Она явно пьяна. И пьяна сильно. До такой степени, что могла только ползти. И в этой женщине я узнала себя.

— Гражданин Петровский, фото и видеосъемки не могут являться доказательством в суде.

— Ваша честь, но вы согласны, что мои претензии к бывшей супруге хотя бы обоснованы? — голосом, полным достоинства вещал Артем.

Судья иронически усмехнулась.

— Суду нужны весомые доказательства. Мы подключим отдел опеки и попечительства, дождемся их заключения. Ведение же вашей женой аморального образа жизни должны быть доказаны медицинскими справками или свидетельскими показаниями.

— Я понял, — кивнул Артем. — Предоставлю к следующему слушанию.

— А о детях вы подумали? — вдруг спросила судья. — Наверное, для вас и жены выгоднее заключить мировое соглашение, где вы определите место жительства детей. Настоятельно советую подумать, ведь дети совсем маленькие.

Артем занервничал.

— У нее даже жилья собственного нет! Вчетвером ютятся в тещиной хрущевке.

— Готовьте документы к следующему заседанию, — прервала его стенания судья.

— Хорошо, ваша честь, — кивнул Артем. — Я смогу доказать, что жене моей доверять сыновей нельзя.

Артем бросил в мою сторону злобный взгляд…

Когда нас выпустили из зала судебного заседания, я быстро собрадась и вышла на улицу.