Книга Академия Арканов, страница 86 – Элис Кова

— Со временем поймешь, – успокаивает ее Элорин. – А сейчас давайте сосредоточимся на основном способе использования вашей силы – на отрисовке ваших Старших Арканов.

— Вам нужно выяснить, что именно нужно для вашей карты, – подчеркивает Тал. – Мне, например, нужны измельченные маки, собранные в солнечный день.

— Как это узнать? – Я переминаюсь с ноги на ногу, стараясь не показывать своей неуверенности. Я всегда быстро усваивала любой урок или преподнесенную мне новую концепцию. Но в этой комнате, среди сверстников, не могу избавиться от ощущения, что впервые за все время, когда дело доходит до арканов, я среди отстающих.

— Солнце… – Тал запускает руку в карман свободной жилетки и достает пузырек, наполненный темно-красным порошком. Я никогда раньше не видела подобного. Он почти кровавого цвета. Но если поднести к окну, за которым все еще светит полуденное солнце, он начинает сиять дюжиной радуг, заливающих светом стоящий перед нами стол. – Избавляет человека от любой боли. Телесной и душевной.

— Полагаю, в этом есть логика. – Но какой тогда материал «логичный» для отрисовки Колеса Фортуны?

— Не переживай, мы все прошли через это. – Тал успокаивающе подталкивает меня локтем в плечо. – Помни, карта отражает тебя и твою скрытую силу. Цена – внутри тебя. Ты поймешь, когда найдешь ее.

Я просто киваю.

— И как и для Младших Арканов, у нас есть материал для отрисовки? – спрашивает Сорза.

— Это не всегда материал. – Элорин легко проводит пальцами по различным принадлежностям для рисования, глядя сквозь них.

— А какая цена у тебя? – По ее выражению лица и движениям я понимаю, что задала очень деликатный вопрос.

Элорин переводит на меня взгляд. Несмотря на ярко-голубой оттенок, в ее глазах еще меньше эмоций и чувств, чем у Кэйлиса.

— Как и ты с Младшими Арканами, я могу рисовать чем угодно, даже обычными чернилами для пера. Но, чтобы наполнить порошок силой и перенести его на карту, мне надо отказаться от воспоминания.

Сорза тихо вздыхает, и у нее отвисает челюсть.

— Ты можешь выбирать, какое именно отдать?

— Могу. И, к счастью, оно может быть незначительным. – Голос Элорин звучит устало, как будто она объясняла это уже тысячу раз, но, учитывая секретность нашей сути, это не могло происходить чаще пары десятков раз. – Именно поэтому я должна постоянно собирать новые воспоминания и с осторожностью выбирать те, от которых отказываюсь.

— Даже если ты можешь создать новые… цена все равно ужасающая, – выдавливает Сорза.

— Такова жертва, но мы все ее платим, чтобы служить короне Орикалиса.

Готова поставить свою жизнь, что Элорин сама не верит в то, что говорит.

— И это цена нас объединяет, – добавляет Мирион. – Эту жертву нести и понимать можем только мы.

Они обмениваются многозначительными взглядами, которые наталкивают меня на мысль, что между ними есть что-то большее. Но я не осмеливаюсь спросить об этом. Вместо этого сосредотачиваюсь на практическом исполнении ее слов.

— Как ты рисуешь воспоминания?

— Как сырье для порошков должно быть надлежащим образом обработано, чтобы потом превратить их в чернила, пригодные для рисования карт, так я и должна зарядить чернила, наделив их магией. Именно в этот момент я жертвую воспоминание. – Элорин берет из стопки большой лист бумаги и передает Сорзе.