Книга Академия Арканов, страница 97 – Элис Кова

Мой желудок скручивает от яда его одиночества.

— Кэйлис держит тебя взаперти из-за карты?

— Я могу свободно бродить по большей части академии, пока остаюсь вне поля зрения ее обитателей. Тогда не возникнет подозрений или вопросов, почему я не похож на студента. – Он говорит так, словно этого должно быть достаточно.

— И давно ты так живешь?

— С тех пор, как поступил в академию четыре года назад. Как только стало известно о моем аркане и плате за карту, меня перевели сюда.

Ему примерно двадцать четыре года… Я была права: он немного старше Кэйлиса.

— Один год в Халазаре, и я чуть не сломалась.

— Уверяю тебя, здесь гораздо комфортнее, чем в Халазаре.

— Тюрьма есть тюрьма.

Он замолкает и устремляет взгляд в темный угол. Мне слишком хорошо известно выражение лица человека, поглощенного призраками. Это побуждает меня сократить расстояние между нами. Я касаюсь пальцами его локтя, возвращая его в настоящее.

— Сайлас, если ты можешь пойти куда угодно, тогда уходи, – мягко говорю я.

— Чтобы с помощью Колесницы куда-то отправиться, я должен знать это место.

— Твой пол – это карта.

Он делает паузу, и мягкое освещение отбрасывает тени на точеные черты его лица.

— Не важно, чего я хочу или не хочу… Главное – действовать на благо королевства.

— Ты же это не всерьез, – выпаливаю я далеко не первую фразу, что приходит мне на ум после упоминания «благ королевства».

— Ты меня не знаешь, – напоминает он.

Он прав. Я отпускаю его руку.

— Не знаю. Но никого нельзя заставлять отказываться от мира.

— Именно за Мир мы все и боремся. – Он ободряюще улыбается мне, но улыбка не касается его глаз, отчего мое сердце сжимается еще сильнее. – Как только раскроем Двадцать Первый Старший Аркан, Орикалис расцветет еще ярче. Мы вступим в новую эру. – Слова звучат нараспев. Глухо.

— Ты веришь во всю эту чушь?

— Уверяю тебя, это не чушь. – Истинное благоговение в его голосе… серьезное выражение лица… Все это поражает меня больше, чем любые слова Кэйлиса. Сайлас и правда верит, что она существует.

Мир, главная карта желаний. Если она действительно существует, я бы и сама могла ее использовать. Безумная надежда, вспыхнувшая во мне, когда Кэйлис впервые упомянул ее, возвращается. Карта могла бы изменить мою жизнь… вернуть времена, когда мама еще была жива, вернуть все на свои места.

— Давай уйдем сегодня вместе.

Он вздыхает, понимая, что мы вернулись к началу.

— Я не могу. Ты тоже не можешь.

Я сдерживаю стон разочарования.

— Если не ради себя, то ради моей сестры и твоих чувств к ней.

— Дело не…

— Две карты, Сайлас. Мы уйдем и вернемся. Никто даже не узнает, что мы покидали академию. – Слова застревают у меня во рту, и я до сих пор не понимаю, говорю ли всерьез. Но готова сказать что угодно, лишь бы выбраться отсюда. Скептическое выражение лица Сайласа вполне уместно, поэтому я меняю тактику: – Что для тебя означает «новое место»?

— Такое, где нет ничего из того, что я уже видел.

— Отлично. Значит, пока мы будем искать мою семью, ты увидишь много новых мест и сможешь написать две новые карты, а может, и больше. – Я хватаю его за руку, смотрю на него снизу вверх и выражаю мольбу не только всем своим видом, но и словами: – Пожалуйста.

Он вздыхает, вырывает руку из моей хватки и направляется к столу. Я думаю, что проиграла, но тут Сайлас вытаскивает две карты Таро из-под бумаг и чернильных принадлежностей, разбросанных по всей поверхности. Одну из них он кладет в ближайшую сумку вместе с материалами для рисования и закатывает рукава рубашки, обнажая упругие мышцы предплечий.