Книга Всадники Перна, страница 423 – Энн Маккефри

Ф’лар встал, отвернулся от арфиста и начал расхаживать по комнате.

— У тебя есть мысли, куда он мог отправиться? Ты ведь немало времени провел рядом с ним. Ничего не помнишь?

— Ближе к концу он почти все время молчал, просто сидел и держал Фанну за руку.

У Робинтона вдруг пересохло в горле. Хоть он спокойно относился к тому, что все люди смертны, но сейчас, вспомнив о преданности Д’рама своей супруге и его безмолвной скорби по ней, он почувствовал, как к глазам подступают слезы.

— Я передал ему предложения гостеприимства от Грожа и Сангела. Собственно, насколько я понимаю, его с радостью бы приняли где угодно на Перне, но он явно предпочитает оставаться наедине с собственными воспоминаниями. Могу я поинтересоваться: есть у вас какие-то особые причины выяснять, где он?

— Никаких причин, помимо нашего о нем беспокойства.

— Олдайв говорил, что он полностью в здравом уме – если именно это тебя беспокоит, Ф’лар.

Поморщившись, Ф’лар раздраженно откинул постоянно падавшую на глаза прядь волос.

— Если честно, Робинтон, это все Лесса. Рамот’а не может найти Тирот’а. Лесса уверена, что он отправился достаточно далеко в прошлое, чтобы покончить с собой, не расстраивая нас. Вполне в духе Д’рама.

— И это его выбор, – мягко сказал Робинтон.

— Знаю, знаю. И никто не стал бы его винить, но Лесса крайне встревожена. Может, Д’рам и оставил свой пост, Робинтон, но его знания, его мнение от этого не стали менее ценными – сейчас даже больше, чем когда-либо. Попросту говоря, он… он нам нужен.

У Робинтона на мгновение возникла мысль, что Д’рам тоже это понял и преднамеренно скрылся вместе с Тирот’ом там, где никто не мог бы его найти, но при этом оставаясь готовым послужить Перну и драконьему народу в любой момент.

— Возможно, ему нужно время, чтобы пережить горе, Ф’лар.

— Он вымотался, ухаживая за Фанной, и ты сам это знаешь. А если он всерьез болен – кто ему там поможет? Мы с Лессой за него беспокоимся.

— Боюсь предложить… но не пробовала ли Брекка прибегнуть к помощи файров? Как собственных, так и из Иста-Вейра?

Ф’лар натянуто улыбнулся.

— Да, она даже на этом настояла. Но ничего не вышло. Файрам для путешествий во времени нужны ориентиры, так же, как и драконам.

— Я не имел в виду посылать их в какие-то определенные точки. Просто надо попросить их вспомнить одинокого бронзового дракона.

— Просить этих созданий что-то вспомнить? – недоверчиво рассмеялся Ф’лар.

— Я серьезно, Ф’лар. У них хорошая память, нужно лишь дать ей толчок. К примеру, откуда могли огненные ящерицы знать, что Алая Звезда… – Его прервал протестующий писк Заира, который столь поспешно сорвался с плеча Робинтона, что оцарапал арфисту шею. – Опять я упомянул об этом в его присутствии! – Он горестно потер царапину. – Суть в том, Ф’лар, что все файры знали об опасностях Алой Звезды и о том, что до нее невозможно добраться, еще до того, как это попытались сделать Ф’нор и Кант’. Если сумеешь чего-то добиться от файра, упомянув об Алой Звезде, то он скажет: «Мы помним, что ее нужно бояться», или это воспоминания их прародителей с тех времен, когда к Алой Звезде впервые попытались отправиться наши собственные Предки?

Ф’лар смерил арфиста долгим испытующим взглядом.

— Это не первое их воспоминание, оказавшееся точным, – продолжал Робинтон. – Мастер Андемон считает вполне возможным, что эти существа способны помнить необычные события, которые видел или ощущал кто-то из их числа. Инстинкт играет немалую роль в жизни любого животного – почему нельзя сказать того же и об их памяти?