Книга Всадники Перна, страница 474 – Энн Маккефри

— Ф’лар взял с собой двух наших самых сильных всадников, мастер Робинтон. – Он показал взглядом в сторону покоев госпожи Вейра. – Он опасается неприятностей.

Робинтон облегченно вздохнул, но тут же удивленно спросил:

— Как он сумел? Я не видел, чтобы кто-то поднимался по лестнице.

— В этом Вейре полно странных туннелей и ходов, – усмехнулся Бальдор. – Зачем создавать лишние проблемы? – Он показал на собравшихся в пещере гостей.

— Незачем. Совершенно незачем.

— Скоро мы все узнаем. – Бальдор беспокойно вздохнул. – Нам расскажут наши файры.

— Верно.

Сидевший на его плече Заир уже пересвистывался с коричневым Бальдора.

Слегка расслабившись, Робинтон направился обратно к столу. Он снова налил себе и Д’раму. Пусть и не бенденское вино, но вполне приличное, разве что чуть слаще, чем он предпочитал. Почему так получается, что радостные поводы будто проносятся стрелой, а такие дни, как сегодня, тянутся до бесконечности?

Послышался полный страха и тревоги рев сторожевого дракона, но все же это не был скорбный вопль, оплакивающий чужую смерть. Робинтон почувствовал, как слегка отпустило сковывавшее его напряжение, но облегчение оказалось преждевременным: по жилой пещере пронесся взволнованный шепот, и несколько человек выбежали наружу наблюдать за синим сторожевым драконом с широко развернутыми крыльями. Заир тихо заворковал, но Робинтон не смог разобрать ничего определенного. Маленький бронзовый лишь повторял путаные мысли дракона.

— Похоже, кто-то из бронзовых вышел из игры, – сказал Д’рам, нервно сглотнув. Под загаром на его лице проступила бледность. Он в упор смотрел на Робинтона.

— Могу поспорить, что это один из стариков, – удовлетворенно заметил лорд Варбрет.

— Вероятно, ты прав, – небрежно кивнул Робинтон, – но полет был объявлен открытым для всех, так что запретить им никто не мог.

— Не слишком ли они долго? – спросил Варбрет, хмуро глядя на голубое небо в просвете пещеры.

— Не думаю, – как можно непринужденнее ответил Робинтон. – Хотя иногда возникает подобное впечатление. Полагаю, все из-за того, что исход этого полета будет иметь для Вейра крайне важные последствия. По крайней мере, Кайлит’а вынуждает бронзовых показать все, на что они способны!

— Как считаешь, будет в этот раз королевское яйцо? – с надеждой спросил Варбрет.

— Я бы не стал совершать ошибку, считая яйца раньше времени, – сказал арфист, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица.

— Да-да, конечно. Я хотел сказать, для Барнат’а это будет большим успехом, верно? Если его королева после сегодняшнего полета отложит золотое яйцо?

— Воистину так. В смысле если… Барнат’у удастся ее настичь.

— Конечно настигнет. Где твое чувство справедливости, мастер-арфист?

— Там же, где и всегда. Но я сомневаюсь, что Кайлит’а сейчас способна рассуждать о справедливости.

Едва он успел это сказать, Заир испуганно запищал, глаза его вспыхнули тревожным желтым светом. Мнемент’, взволнованно трубя, взмыл в воздух.

Вскочив, Робинтон заметался, оглядываясь в поисках Бальдора. Арфист Исты тоже среагировал на сигнал об опасности и вместе с четырьмя рослыми всадниками мчался в сторону королевского вейра.

— Что случилось? – спросил Варбрет.

— Оставайся здесь! – крикнул Робинтон.

Небо внезапно заполонили драконы. Они, ревя и трубя, встревоженно кружили над Чашей Вейра, едва избегая столкновения друг с другом. Робинтон бежал так быстро, как только позволяли его длинные ноги, не обращая внимания на жестокую боль в боку, которую он попытался облегчить, с силой надавив в это место кулаком. Боль в груди, казалось, усиливалась, не давая дышать.