Книга Всадники Перна, страница 91 – Энн Маккефри

— Я показала ей образ Руата, чтобы мы могли отправиться туда через Промежуток. – Она не смотрела на него, но на фоне темного ковра отчетливо вырисовывался ее профиль. – Руата, каким я его хорошо знала… и случайно послала себя назад во времени, в тот день, когда вторгся Фэкс.

Теперь Ф’лару стало понятно охватившее ее потрясение.

— И? – нарочито спокойно спросил он.

— И я увидела себя… – Голос ее сорвался, но она с усилием продолжила: – Я представила для Рамот’ы расположение огненных ям и вид холда с этой стороны на внутренний двор. Именно там мы появились. Только что наступил рассвет, – она нервно дернула головой, – и в небе не было Алой Звезды. – Она искоса взглянула на Ф’лара, будто ожидая от него возражений. – И я увидела людей, которые пробираются между огненными ямами, спуская веревочные лестницы к верхним окнам холда. Я видела, как за ними наблюдает стражник на башне. Просто наблюдает. – Она стиснула зубы при мысли о предательстве, и ее глаза зло вспыхнули. – И я увидела себя, как я бегу из зала в логово стража порога. И знаешь, почему, – голос ее упал до горького шепота, – страж порога не поднял тревогу?

— Почему?

— Потому что в небе был дракон, а на нем – я, Лесса Руатанская!

Она резко отставила кружку, будто желая избавиться от этого знания.

— Именно из-за меня страж порога не поднял тревогу, решив, что вторжение вполне законно, поскольку в небе парит кто-то истинной крови верхом на драконе. Так что это я сама, – она напряглась, с такой силой стиснув руки, что побелели костяшки пальцев, – стала причиной резни, в которой погибла моя семья. А вовсе не Фэкс! Если бы я не совершила сегодня эту глупость, меня бы вообще не было здесь, с Рамот’ой, а страж порога был бы…

Почувствовав по голосу девушки, что сейчас у нее начнется истерика, Ф’лар резко ударил ее по щекам, сгреб в охапку и с силой встряхнул. При виде ее ошеломленного взгляда и трагического выражения лица его негодование тут же прошло. Непокорная независимость ее души и разума привлекала его не меньше, чем странная мрачная красота. Сколь бы ни злили его эти капризы, они составляли слишком важную часть ее сущности, чтобы пытаться их искоренить. Ее неукротимая воля сегодня подверглась серьезному потрясению, и чем быстрее вернется к ней прежняя уверенность в себе, тем лучше.

— Нет, Лесса, – сурово проговорил Ф’лар. – Фэкс все равно бы убил твою семью. Он все тщательно спланировал, в том числе назначив атаку именно на то утро, когда на башне стоял стражник, которого можно было подкупить. Не забывай также, что был рассвет, а страж порога, будучи ночным зверем, плохо видит днем и знает, что на рассвете его не станут наказывать за недосмотр. Твое присутствие, хотя тебе оно и может показаться роковым, никоим образом не стало решающим фактором. Зато хочу обратить твое внимание, что оно спасло тебя саму, предупредив Лессу-девочку. Ты хоть это понимаешь?

— Я могла бы крикнуть, – пробормотала она, но лихорадочный блеск в ее глазах исчез, и цвет губ стал возвращаться к нормальному.

— Если тебе так хочется терзать себя бесплодными обвинениями – пожалуйста, – с нарочитой грубостью сказал Ф’лар.

Рамот’а поделилась наблюдением: поскольку они побывали там в тот прошлый раз, когда люди Фэкса готовились к вторжению, все это уже случилось, так что изменить все равно ничего нельзя. И тогда, и сегодня ход событий был неизбежным. Ибо как иначе Лесса могла остаться в живых, чтобы впоследствии оказаться в Вейре и пройти с Рамот’ой Запечатление?