Книга Заклятья метели. Колядки других миров, страница 113 – Софья Ролдугина, Евгения Сафонова, Анастасия Андрианова, и др.

Он застыл, едва не выронив припасы.

Аарон.

Отец и Северин по-прежнему звали его Александром, хотя это имя отражало принца, которым он не был последние семь лет. Срываясь с уст близких, оно беспощадно резало слух, напоминая всё, что он потерял и кем мог стать, не избери его судьба для проклятия. Аарон не его прикрытие, не фальшивое имя и не обманка.

Теперь это он.

Может, однажды он научится вновь быть Александром, возможно, сумеет объединить прошлое и настоящие в гармонию жизненного пути. Может, однажды, но не сейчас.

Аарон обернулся, не в силах скрыть немой вопрос и удивление на лице. Марк заметно растерялся, похоже не ожидав такой реакции. Аарон в целом и сам не понимал, что чувствует, но у него появилась странное ощущение, что его – призрака – впервые заметил кто-то помимо дяди, который ему это имя и дал.

— Что? Аарон же твоё имя, разве нет? Я говорил с Кристианом, да и слушал. Я ж не дурак и знаю, что… – Марк сделал неоднозначный взмах рукой в его сторону – … надо в тайне держать.

Аарон не мог решить, Марк везучий идиот или же гений. Но кем бы он ни был, Аарон знал, что в первую очередь он его лучший друг.

— Я на тебя чертовски злюсь, – продолжил Марк, но уже без былой ярости. – И четыре дня мне недостаточно. Мне нужно больше времени, чтобы захотеть с тобой говорить без желания врезать, но ты опять монатки собираешь!

— Я не могу…

— Год.

— Что?

— Я решил, что буду злиться на тебя год.

Аарон теперь красноречиво округлил глаза, не представляя, как ему на это реагировать.

— Я же сказал, что ты был моим лучшим другом. Ты в каком-то ином мире живёшь и у тебя толпа лучших друзей? У меня один. И им был ты. Кристиан объяснил, что через год твоё обучение закончится и ты сможешь вернуться домой, поэтому я буду злиться на тебя год. Даже лучше, что ты проваливаешь: перед лицом маячить и бесить меня сильнее не будешь.

Марк выдал всё с возмущением и горделиво расправленными плечами, пока взгляд бегал по сторонам, выдавая неловкость и красноречивое смятение. Аарон же оцепенел, перестал дышать, не в силах справиться с лихорадочным сердцебиением. Этот недоумок всегда был отважно преданным. Нервное напряжение вырвалось ошарашенным смехом.

Аарона согнуло от хохота, руки дрожали, с трудом удерживая свёртки с припасами. Несмотря на бубнёж Марка, Аарон смеялся до боли в животе, на глаза навернулись слёзы, и он уже не мог разобрать, от веселья это или же…

Свёртки упали под ноги, и Аарон обнял Марка, не найдя подходящих слов.

Марк порывисто ответил на объятия и похлопал друга по спине.

— Я по тебе скучал, – неожиданно для самого себя признался Аарон. Это было, наверное, самое искреннее, что он кому-либо говорил за эти годы. И ему стало легче, а тень улыбки вернулась на лицо. Отъезд более не ощущался таким гнетущим.

— Заткнись, – смущённо проворчал Марк.

Они подобрали припасы, и в тишине Марк помог Аарону упаковать их в сумки, а затем проверить седло и подпругу.

— Кстати, я хотел спросить, – вновь заговорил Марк и замялся перед продолжением. – Это ваше типа братство… туда можно вступить?

Аарон поднял взгляд, не переставая натягивать на руки чёрные перчатки. Всё готово, осталось дождаться Кристиана. Его осёдланный конь стоял рядом. Марк упрямо вытаращился на Аарона, вероятно решив, что его вопрос ясен как белый день, но Аарону потребовались долгие мгновения, чтобы сообразить.