Книга Беги или гори, страница 10 – Софья Ролдугина

— Погоня. Ты нужна свободным. Редкая добыча. Ну как, бежим?

— Спрашиваешь!

И мы побежали.

Помедленней, чем вчера – уже хорошо. Биокинез поначалу выручал – позволял регулировать дыхание и не уставать слишком быстро. Но с первой ступенью много не сделаешь, да и за пределы возможностей организма – отвратительно нетренированного организма, стыдно признать, – не выйдешь. Хотя Тейт явно вёл меня по лёгкой дороге, избегая завалов, резких подъёмов и высокой травы, а через трудные места переносил сам, спустя два часа я выдохлась. Своеобразный рекорд, Эрнан бы оценил.

Надо было прояснить одну вещь, и чем скорее, тем лучше.

— У вас тут… все такие? Выносливые?

Рыжий сел рядом со мной на корточки, сочувственно погладил по голове.

— Нет. Говорю же, я сильный. Почти самый сильный. Хочешь, понесу? Мне не сложно.

— Хочу, – позорно сдалась я, уже не думая о культурных различиях и прочей шелухе. Если не могу идти сама, а за нами погоня – надо довериться. – Только не головой вниз, как вчера. Мне нельзя, особенно если долго.

— Так никому нельзя, – искренне смутился он. – Извини. Я тогда не подумал.

Пришлось забраться ему на спину и обхватить за плечи. Он поддерживал меня под коленками и умудрялся бежать почти так же резво, как вчера. Несколько раз мы натыкались на небольшие реки и провалы в земле. Рыжий, не сбавляя скорости, перескакивал через них и нёсся дальше. Но только закралась мысль исследовать биокинезом такое неутомимое и выносливое чудо природы, как он повёл конопатым носом и скомандовал:

— Привал. Вроде оторвались, можно отдохнуть.

Сказал – и отдохнул. Сбросил меня на землю без всякой деликатности, сам повалился рядом и вытянулся минут на пятнадцать, закрыв глаза и глубоко дыша. Бледные щёки покрылись красноватыми пятнами, грудь резко вздымалась и опускалась.

В это время я решила хоть немного привести себя в порядок. Волосы удалось кое-как разобрать пальцами. Заплетённая коса не держалась – связать конец было нечем, только если оторвать лоскут от подола. Платье превратилось в лохмотья, впитало грязь, едкий травяной сок и плесень из подземелий.

Тейт очнулся, когда я вертела в руках ободок усилителя и прозрачный усик микрофона, думая, куда бы их пристроить. Не на голове же носить оставлять, хватило и того, что ночевать с ними пришлось. Выкинуть – тоже жалко…

— Это что? – Он среагировал мгновенно: гибко поднялся и подсел почти вплотную. – Техника?

— Вроде того, – склонила я голову к плечу в знак согласия.

— О, круто! А можно посмотреть? Что она делает?

— Звук речи усиливает. Там сенсор, чтоб включать и громкость регулировать…

— Пробовать тут не будем, – благоразумно рассудил Тейт, покрутил обруч и прикрепил себе на бок, под специальный ремешок. – А то все айры сбегутся со свободными вместе. Дома посмотрим. Если заработает, то продадим в ложу искусников. На выручку купим тебе одежду и другое, что нужно. Иномирная техника редкая, она обычно взрывается от перехода. Бывает, что выдёргивают человека, а у него такая штука на шее или на груди. Рванёт – вот тебе и дыра. А вызывающий – с пустыми руками и злющий, короче, всё кисло. С мертвецом – никаких резонансов. Даже для извращенцев.

Шутку я не оценила.

Да, можно сказать, что мне повезло – и выжила, и попала к нормальному человеку. Но слишком жуткие и мерзкие оказались образы, сопровождавшие речь – и «выдернутые» с чудовищными ранами, явно воспоминание, а не условная фантазия… и те самые «извращенцы».