Книга Вершины и пропасти, страница 182 – Софья Ролдугина

— Осеню, – ответил Алар с некоторым трудом; голова была тяжёлая. – Там в этой трапезной одна радость с почтением или еда есть какая-то?

— О, в изобилии, – невозмутимо ответил жрец-киморт. И неожиданно подмигнул. – А ещё подогретое вино с пряностями, исключительно для восстановления силы духа – и во славу Ветров.

Главный храм Ашраба изрядно отличался от святилища в Кашиме, которое теперь, в сравнении, казалось почти что скромным. И размахом – внутри поместился бы, пожалуй, небольшой ишмиратский город, и торжественностью убранства… и обилием тайных ходов, укрытий и подземных помещений.

«Скромная трапезная», к примеру, располагалась настолько глубоко, что, даже если б все киморты, подчинённые Радхабу, ударили по храму разом, она б осталась нетронутой.

На ужин – верней, пожалуй, было бы назвать его праздничным пиром – оказались приглашены немногие, всего чуть больше двух дюжин человек. Свод большого зала украшали разноцветные витражи, изображающие благодетели Ветров и прославленные подвиги жрецов; между витражным куполом и, собственно, потолком растёкся светящийся туман – порождение морт, настолько древнее, что все присутствующие киморты нет-нет да и косились на него с уважением… кроме, пожалуй, Настара, того самого северянина в жреческом одеянии, который за долгие годы, проведённые в храме, попросту привык. Гостей рассадили за пять низких столов, на расшитые бархатные подушки. Алару досталось место рядом с самой Вещей Госпожой Унной, главной жрицей, похожей на прекрасную статую, высеченную из обсидиана; когда подали вино с пряностями, она поймала его взгляд и накрыла свою чашу ладонью, а затем приложила палец к губам.

«Не пить, – догадался Алар сразу, хотя не так уж хорошо разбирался в тайных знаках южан. – Поманили вином, но даже пригубить не дали. Эх, а ведь так хотелось бы повременить с важными разговорами, пусть бы и одну ночь…»

Он не ошибся.

Когда трапеза шла к завершению и большинство гостей, включая Ачира, были уже изрядно пьяны, Вещая Госпожа поднялась и поманила Алара за собой. Идти пришлось недолго; место, куда они попали, немного напоминало кабинет не то сборщика налогов, не то заядлого книжника, не то хранителя редкостей. Указав на расшитую подушку, Вещая Госпожа сама села напротив – и заговорила, без предисловий переходя к делу:

— Сегодня ты одержал славную победу…

— Мы одержали, – миролюбиво поправил её Алар; меньше всего ему хотелось присваивать чужие заслуги, особенно учитывая то, что конец битвы он проспал.

— Мы одержали, – не стала спорить жрица. – Но это ещё не конец. Радхаба не оказалось ни среди пленённых, ни среди поверженных; кое-кто считает, что он бежал, я же думаю, что его не было здесь с самого начала: он уехал ещё два дня назад, после того как получил некую весть. А в одном переходе от Ашраба, в оазисе на полпути к мирцитовым рудникам, стоит большое войско: Ата-Халим арх Ушар, что прежде был первым в конклаве, собрал все силы, какие сумел, дабы помочь своему племяннику Радхабу нанести храму смертельный удар.

— Что ж до сих пор не нанёс? – усмехнулся Алар. – Дай-ка угадаю. Надеялся, что этот самый Радхаб справится и один, вернее, вместе со своими рабами-кимортами?

— Хорошо же ты знаешь этого презренного человека, хоть никогда его не встречал, – ответила жрица. – Но даже если и так, то теперь Ата-Халим арх Ушар – да будут дни его сладкими, как воды моря, и безмятежными, как грозовое небо – станет сражаться отчаянно, словно от исхода зависит его жизнь… Сказать по правде, и зависит: ведь мой Ветер не милосерден, – прикоснулась она к кинжалу с багровой рукоятью у себя на поясе. – Тот, кто бросил мне вызов, будет повержен; старые законы прогнили – пришло время для новых законов, а пишутся они кровью.